Калининградский рыболовный клуб


Водоем живет, пока есть рыбак


Раннее осеннее утро на озере Ильмень. К берегу постепенно подтягиваются соймы — небольшие одномачтовые суда, на которых столетия назад точно так же ходили по озеру предки нынешних новгородских рыбаков. Предрассветную тишину нарушает только тарахтение моторов, напоминая о том, что сегодня людям нет нужды полагаться на милость природы. Пока бригады на соймах сдают ночной улов, на противоположном берегу озера смену принимают их коллеги, ведущие лов неводами. В это время года, если позволяет погода, промысел идет круглые сутки до самого ледостава.

В отличие от океанического рыболовства промысел на внутренних водоемах в нашей стране переживает не лучшие времена. Ежегодный вылов пресноводной рыбы колеблется в районе 100 тыс. тонн. Конечно, далеко не все зависит от рыбаков, в жестких рамках ОДУ сильно не развернешься. Но даже на этом фоне Новгородская область — редкое исключение: добывающие предприятия региона последние годы демонстрируют небольшой, но устойчивый рост.

Рыболовством на реках, озерах и водохранилищах занимаются в основном небольшие организации, и проблемы, с которыми они сталкиваются, характерны для малого бизнеса. Прежде всего это налоги. На сегодняшний день на озере Ильмень зарегистрировано 27 пользователей (больше половины из них крестьянско-фермерские хозяйства), в них официально трудоустроены 248 рыбаков, тогда как полтора десятка лет назад в этом списке насчитывалось до 400 человек.

«В северной части озера, где расположен Великий Новгород, рыбаков осталось совсем немного, потому что город дает человеку много других возможностей для реализации, — говорит Наталья Емельянова, начальник отдела рыбного хозяйства областного комитета охотничьего и рыбного хозяйства. — Зато на старорусском берегу в таких поселениях, как Устрека или Взвад, рыбаков хватает. Там люди живут рыболовством, с детства приобщаясь к рыбацкому труду».

Озеро Ильмень — сердце древнего края с богатыми рыбацкими традициями. Здесь до сих пор сохранился старинный мережный лов. В отличие от других орудий лова мережами разрешено ловить даже весной в нерестовый период. Опытные рыбаки знают места, где в эти ловушки идет синец и другая мелкочастиковая рыба, которую берут для переработки. Однако искусство их изготовления постепенно утрачивается. Многие помнят те времена, когда по весне выставлялось до 8 тысяч мереж — организовывался масштабный промышленный лов, а сейчас их количество едва дотягивает до 3,5 тысяч штук.

По вечерам на озеро попарно выходят соймы, на каждой бригада из трех человек. Раньше лодки делали целиком из дерева, но сейчас обшивают металлом или сразу ставят металлический корпус — так намного безопаснее. Между судами натягивают сети, затем они расходятся и несколько часов идут под парусами. Ближе к утру рыбаки выбирают улов, сортируют его и везут на берег. Но парусам нужен ветер, а потому самое подходящее время для новгородских сойм — это конец лета и осень.

«Мы зависим от ветра. Хорошо, сейчас появился интернет, можно сравнить прогноз погоды из разных источников и примерно понять, когда ждать ветра», — шутит бригадир лова Алексей Ляшенко. Помогают ему на промысле сыновья Денис и Евгений, изучавшие азы рыбацкой профессии еще подростками. А секретов в этом деле немало, ведь подготовкой сетей, парусов, лодок рыбаки занимаются сами.

На сойме в ящиках разложена ночная отборная добыча — лещ, щука, судак — примерно по 150 кг на лодку. «Средненько, плыли-то часов до трех, потом ветер стих», — скороговоркой поясняет один из ребят. В этом году промысел фактически начался с 1 сентября, но чем ближе к зиме, тем рыбы становится больше. Разгружаясь у берега, рыбаки с других лодок обмениваются впечатлениями и поджидают перекупщиков, которые уже спешат к причалу.

С рассветом рабочий день начинается и для взвадских рыбаков ООО «Красный рыбак» — они ведут промысел неводами и не так зависят от капризов погоды, как легкие соймы. Невод тянут двумя катерами в сопровождении цепочки лодок. Мелкой рыбы в озере много, то и дело виднеются всплески. Когда вытягивают сети, вода кипит бело-серебряными всполохами сопы или чехони, и только временами, распугивая соседей по несчастью, в лодку шлепается зубастая узкомордая тушка здоровенной щуки.

«Нынче такой нерест удачный был, столько молоди! В мае-июне прошли хорошие дожди, по большой воде рыба нагулялась и подросла, ее очень много в этом году осталось», — обращает внимание председатель правления некоммерческого партнерства «Новгородские рыбопромышленники» Юрий КОМПАНИЕЦ. Эта региональная ассоциация объединяет как добывающие, так и перерабатывающие предприятия Новгородской области и в свою очередь является членом Росрыбхоза.

Рыбацкую душу Взвада видно с первого взгляда. Местные жители всегда воспринимали Ильмень как озеро-кормилец и без рыбы себя не мыслили. Село практически со всех сторон окружено водой, вдоль заборов сохнут заботливо расставленные мережи. И хотя жизнь рыбака непроста — это постоянный риск и тяжелые условия труда, молодежь все равно охотнее идет работать на невода или на соймы, чем на рыбоперерабатывающий завод.

Дневной улов невода и правда оказался солидным. Однако по возвращении во Взвад бригаду поджидал неприятный сюрприз в лице рыбинспектора, усмотревшего нарушение в том, что рыба не была разобрана до момента доставки на берег. Каким образом можно рассортировать и расфасовать по ящикам несколько тонн рыбы посреди озера, он объяснить не удосужился, ограничившись оформлением штрафа, и удалился восвояси.

Окончательная сортировка и взвешивание сырья происходят в цехе в двух шага от причала. Крупную рыбу — судака, щуку, окуня — сразу покупает совместное российско-немецкое предприятие в Старой Руссе, которое изготавливает филе для экспорта в Европу. По словам директора ООО «Красный рыбак» Сергея Дробинина, свежая рыба неплохо расходится и внутри области, по рынкам и ярмаркам. Мелочь типа густеры, плотвы, чехони, сопы, леща в вяленом виде реализуют в Санкт-Петербурге, хотя спрос на «закуски к пиву» постепенно падает — в первую очередь из-за конкуренции со стороны дешевой китайской продукции.

«Следующий этап я вижу в том, чтобы построить новый приемный пункт. Потом у меня есть мысли посетить несколько заводов, поближе познакомиться с технологиями вакуумной сушки рыбы. Мы сушим теплом, и счета за электроэнергию ложатся на себестоимость колоссальным бременем. Поэтому надо придумывать что-то новое для мелкой рыбы», — считает руководитель предприятия.

Что характерно, рыбоохрана, не в меру бдительная, если речь заходит о легальных рыбаках, на засилье на Ильмене браконьеров, представляющих реальную угрозу промышленному рыболовству, склонна смотреть сквозь пальцы. Доходит до абсурда, когда предприниматели сами просят инспектора: «Приезжай, я тебе заплачу. Погоняй браконьеров, составь протоколы!» Между тем уже не раз случалось, когда пользователи, выиграв на аукционе участок и получив квоты, через год-другой были вынуждены оставить промысел, не выдержав давления со стороны теневого бизнеса. Браконьеры не стесняются резать мережи, воровать рыбу прямо из сетей и продавать ее на каждом углу безо всяких справок и разрешений.

Такая статистика не может не тревожить. «Если с водоема уходит профессиональный рыбак, водоем рано или поздно погибает, — убеждена Наталья Емельянова. — Потому что рыбак и почистит дно, и углубит русло реки, и изымет лишние ресурсы — мелкого частика, который так расплодился, что мешает расти и развиваться хорошей сортовой рыбе, выедая ее кормовую базу. Пока есть рыбак, водоем живет».

Еще одна цифра заставляет задуматься об ослабевшей связи добычи и переработки. В конце 1990-х гг. в области действовал единственный завод, производивший до 12 муб консервов в год. Он выпускал томатную группу консервов и ориентировался преимущественно на местное сырье. На сегодняшний день новгородские рыбаки вылавливают порядка 2,5 тыс. тонн рыбы в год, из них 1,8 тыс. тонн — мелкий частик. При этом в регионе производится 9 тыс. тонн пищевой рыбной продукции, работают три (и строится четвертое) консервных предприятия. Новгородскую рыбу знают и уважают далеко за пределами области. Объем выпуска консервов составляет 25 муб, в основном это деликатесная группа, которая хорошо продается и покупается, — шпроты, лещ, форель натуральная в масле и т.д. Но на томатной группе — на мелком частике, как и раньше, работает только одна из четырех площадок.

«Промышленный лов, даже в малых объемах, на пресноводных водоемах должен сохраняться! Пусть мы немного ловим по сравнению с морями, но зато прямо здесь, нам не надо везти втридорога с Дальнего Востока мороженую рыбу, мы едим ее свежую и охлажденную», — улыбается Наталья Емельянова.

Действительно, доля рыболовства и рыбоводства в региональном валовом продукте минимальна — всего 0,04%. Но если просто пойти на местный рынок, то, куда ни взглянешь, везде есть ильменская рыба. Озерное рыболовство низкорентабельно, но в результате люди могут круглогодично есть свежую рыбу. Новгородцы не очень-то привечают не только морскую рыбу, но и к карпу с форелью из рыбоводных хозяйств равнодушны, предпочитая лишний раз прогуляться за привычным с детства судаком, лещом и щукой.

Анна Лим

"fishnews.ru" 12.12.13 г.


главная журнал"СР" газета"РОГ" статьи форум карпомания фото спорт журнал"БР" охота


k®k 2002-2014 Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100