Калининградский рыболовный клуб


Семужья рыбалка: когда радость дороже денег


Немногим больше года назад произошло событие, которое многие склонны были расценивать как знаковое: в Москве были подписаны документы о приобретении ЗАО «Река Поной» (фирмы, которая в течение почти пятнадцати последних лет активно занималась организацией спортивного рыболовства на самой крупной реке Кольского полуострова) у иностранных владельцев нашим соотечественником — крупным столичным финансистом Ильей Щербовичем.

Корреспондент «Мурманского вестника» встретился с Ильей Викторовичем и побеседовал с ним — о том, почему и зачем состоялась эта сделка, о перспективах развития в Мурманской области рыбной ловли по принципу «поймал — отпустил» и о многом другом, связанном с этой актуальной темой.

— Хозяином «Реки Поной» стал россиянин. Многие видят в этом тенденцию к постепенному возвращению Россией контроля над национальным достоянияем. Правы ли те, кто так считает?

— Действительно, мы приобрели акции ЗАО «Река Поной» у иностранцев. На протяжении многих лет компании Shaсkleton и Frontiers являлись владельцами и операторами лагерей, где организовывали рыбалку на семгу для иностранных туристов по принципу «поймал — отпустил».

Я не считаю себя «хозяином» реки Поной. И иностранцы «хозяевами» не были. Река принадлежала и принадлежит государству и народу. Наша компания ЗАО «Река Поной» получила полномочия пользователя рыбопромыслового участка с эксклюзивными правами на организацию спортивной рыбалки. Считаю правильным, что подобные права должны быть под контролем российского пользователя. Кстати, сразу оговорюсь, что это не только права, но и серьезные обязанности. Мы должны беречь и охранять уникальный природный ресурс Кольского полуострова. Поверьте, в современных условиях это непростая задача.

— Как и когда у вас возникла мысль приобрести ЗАО «Река Поной»?

— Я был давно знаком с Владимиром Шамышевым, генеральным директором компании. Он человек с уникальным опытом в этом бизнесе. В 2003 г. я приехал на Поной в качестве одного из первых русских клиентов. Я был поражен высоким уровнем сервиса и организацией лагеря в такой глуши, как нижнее течение Поноя. Мне доводилось бывать и на других реках Кольского полуострова, но сразу влюбился я именно в это место. Кроме того, поразило бережное отношение российских и иностранных сотрудников компании к природе: рыбу отпускают обратно в реку, мусор собирают и вертолетом вывозят на утилизацию! Я понял, что нам есть чему поучиться у иностранцев. Они-то свои реки когда-то давно довели до критического состояния и теперь наконец поняли, как надо жить в гармонии с природой. В 2006 году иностранные акционеры ЗАО «Река Поной» обратились ко мне с предложением выкупить их бизнес, и, подумав, я согласился.

— Ваше мнение об изменениях, произошедших в последние годы в российском законодательстве о рыболовстве?

— Изменения произошли, но в полную силу еще не заработали. Область спортивного рыболовства до сих пор является далеко не первым приоритетом у законодателей и регуляторов. Тем не менее в соответствии с новым законом «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» от 2004 года было введено понятие «пользователь рыбопромыслового участка» и для спортивного лова. Пользователь обладает эксклюзивными правами на организацию лова на реке или на участке реки. Также пользователь обязан взять на себя обязанности по охране рыбных ресурсов. Создана трехуровневая система регулирования: во-первых, областная администрация составляет перечень рыбопромысловых участков и утверждает этот перечень, согласуясь с Федеральным агентством по рыболовству, во-вторых, на основании перечня местное отделение Россельхознадзора выдает пользователям разрешения на вылов, и, в-третьих, местная администрация своим распоряжением выделяет определенные квоты каждому из пользователей.

На сегодняшний день система в целом работает, однако до сих пор до конца не утвержден перечень рыбопромысловых участков. Мы ведем консультации с федеральными и местными властями по данному вопросу с целью наладить систему отношений пользователей с регулирующими органами.

— С момента, когда вы стали хозяином фирмы ЗАО «Река Поной», минуло немногим больше года. Произошли ли там какие-либо изменения? Если да, то какие именно?

— Мы стараемся сохранить все лучшее, что было создано нашими предшественниками. В ЗАО «Река Поной» работает высокопрофессиональная команда, которая сумела создать лучший туристический продукт по рыбалке в России. Владимир Шамышев по-прежнему будет возглавлять нашу фирму. Перед ним поставлены новые амбициозные задачи. В настоящий момент мы инвестируем значительные средства в строительство и обновление лагерей и оборудования, планируем развитие новых участков реки.

— Какие выгоды уже получили Мурманская область и ее Ловозерский район от смены собственника «Реки Поной»? И какие получат в будущем?

— ЗАО «Река Поной» заинтересовано в партнерских отношениях с администрацией и жителями района. Мы оказываем активную спонсорскую и благотворительную помощь на местном уровне, привлекаем местное население к работе в наших лагерях. Мы планируем расширять сотрудничество, в первую очередь — в области создания дополнительных рабочих мест.

— Фирма ЗАО «Река Поной» изначально была ориентирована на обслуживание иностранцев. Происходит ли постепенный «поворот лицом» и к соотечественникам?

— Уже начиная с этого сезона у нас резко увеличилось количество российских клиентов. Если раньше россияне составляли 2-5 процентов от общего потока туристов, то ныне этот показатель превысил 20 процентов, и есть все основания полагать, что тенденция продолжится.

К сожалению, мы по-прежнему сталкиваемся с низкой рыболовной культурой и варварским отношением к природе со стороны некоторых наших соотечественников. Не так давно к нам обратился один известный московский предприниматель с вопросом: «Есть ли в лагере пластиковые бочки и соль для засолки рыбы?». Другая группа туристов «отличилась» тем, что бросала окурки, пачки от сигарет, банки и бутылки прямо в реку или на берегу. С такими «любителями» природы мы больше принципиально не сотрудничаем.

— Как вы относитесь к дебатам вокруг способа ловли по правилам «поймал — отпустил»? Действительно ли это эффективный способ сохранения запасов семги или популистское оправдание завышенных квот на рыбалку?

— Для меня ответ однозначен: лов по принципу «поймал — отпустил» — это единственный способ сохранения популяций семги в здоровом состоянии. В наших лагерях уже на протяжении многих лет практикуется именно этот способ. Кроме того, у нас рыбалка в основном осуществляется нахлыстом с крючками, где заточены бородки. При правильном обращении с рыбой (а этому обучены все наши гиды) смертность рыбы от такой ловли минимальна. Рыба отпускается и спокойно продолжает свой путь на нерест. Максимум, что мы разрешаем клиентам, это фотография на память.

Страшно представить, если однажды введут лов только по принципу «поймал — изъял». Тогда придется вводить лимит на количество пойманной рыбы. Не убивать же одному рыболову 20 рыбин в день (именно столько можно до сих пор поймать на Поное). Сколько разрешить убивать в день? Предположим, 3 рыбы. Представим теперь, что рыболов поймал 3 семги за первый час рыбалки. Что же дальше? Сматывай удочки и назад в лагерь? Такая практика сразу разрушит рыболовный туризм — кто поедет к нам за тридевять земель, чтобы ловить 1 час в день? Не будет рыболовных операторов — не будет контроля и охраны. И тогда все стадо семги за 2-3 года добьют браконьеры.

Те, кто пропагандируют лов по принципу «поймал — изъял», сильно лукавят, ссылаясь на то, что людям «нечего есть». Как правило, затраты на семужью рыбалку в разы превышают стоимость пойманной рыбы.

— Многие рыболовы недовольны тем, что частные фирмы «приватизировали» реки Кольского полуострова, зарабатывают на этом огромные деньги и не пускают простых любителей рыбалки на свою территорию. Как вы можете прокомментировать эти утверждения?

— Едва ли данный бизнес можно назвать сверхприбыльным. Цены на туристические поездки действительно немаленькие, но и расходы наши сумасшедшие. Достаточно сказать, что абсолютно все материалы и продукты надо доставлять в лагеря вертолетом, а стоимость вертолетных перевозок и топлива постоянно растет. Добавьте сюда затраты на персонал, охрану реки, логистику и т. д. Не очень-то выгодно получается. Для меня самое главное, чтобы компания хотя бы себя окупала.

Что касается доступа рыболовов — это действительно серьезная проблема. Причем проблема эта актуальна не только в России, но и во всем мире. Открыть свободный доступ всем желающим в неограниченном количестве — значит, подписать приговор реке на вымирание. Есть уже у нас такой опыт. Вспомните Умбу, Печенгу, Западную Лицу. Люди начинают понимать, что единственно верный способ сохранить стадо семги в реке — это жесткий контроль со стороны пользователя участка за вверенной ему территорией.

Но вместе с тем и не пускать простого рыболова на реку тоже не очень справедливо. Мне кажется, есть разумный компромисс: пользователи участка должны выделять определенные места на своей территории, где должен быть разрешен лов всем желающим с лицензией без предоставления им туристических услуг. Конечно, под строгим присмотром и контролем соответствия количества пойманной рыбы выданным лицензиям. Мы планируем ввести такую практику у себя, если будет соответствующий спрос.

— Хотелось бы узнать подробности о том, как ЗАО «Река Поной» следит за своим участком, как осуществляется охрана реки?

— В этом году мы заключили договор с одной из частных охранных фирм и выставили посты на реке. Совместно с сотрудниками Россельхознадзора мы контролируем всех рыболовов на нашем участке. Мы также планируем патрулировать устье Поноя с целью пресечь браконьерские вылазки в этом районе. Большое внимание уделяем и научным исследованиям. Совместно с сотрудниками ПИНРО мы финансируем программы по изучению семги.

— Каковы ваши планы на ближайшее будущее? Планируете ли расширить свой бизнес, заняться другими реками?

— Сейчас у коллектива слишком много забот на Поное. Но я не исключаю, что в среднесрочной перспективе мы сможем поработать и на других реках. Основным мотивом для этого является стремление навести порядок на запущенных рыбопромысловых участках. Главное для меня не «ощущение собственника», а чувство уверенности в том, что уникальное богатство Мурманской земли будет сохранено для будущих поколений.

Справка:

Илья Викторович Щербович родился 23 декабря 1974 года в г. Владимире.

В 1991 году окончил владимирскую общеобразовательную школу № 23. В том же году поступил в Российскую финансовую академию им. Г. В. Плеханова, которую окончил в 1995 году.

С 1992 по 1994 год работал в приватизационном отделе Международной финансовой корпорации (IFC), входящей в Мировой Банк.

С 1994 по 1995 год являлся консультантом группы мониторинга фондового рынка Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг.

С 1995 по 2006 год работал в Объединенной финансовой группе (ОФГ), где занимал пост генерального директора ЗАО «ОФГ», а затем — президента группы компаний UFG и главы департамента инвестиционно-банковских услуг.

В 2000-2001 годах являлся членом Наблюдательного совета Сбербанка России.

С декабря 2006 по сентябрь 2007 года занимал должность президента Deutsche UFG и руководителя инвестиционно-банковского направления Дойче Банка в России.

В настоящий момент Илья Щербович является президентом и управляющим партнером United Capital Partners. Группа United Capital Partners (UCP) создана в конце 2006 г. Под управлением UCP работают несколько инвестиционных фондов, инвестирующих средства в российские и международные активы. Общая стоимость активов под управлением превышает 1,2 миллиарда долларов США.

Женат, имеет сына.

О. Кириллов

"Мурманский вестник" 22.09.07 г.


главная журнал"СР" газета"РОГ" статьи форум карпомания фото спорт журнал"БР" охота


k®k 2002-2014 Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100