Калининградский охотничий клуб


Нахлынули воспоминанья...


А они таки действительно нахлынули, едва я прочитал статью об устройстве лабаза. Материал, на мой взгляд, познавателен, а потому очень полезен почитателям лабазной охоты. Не обязательно «медвежатникам», кабан тоже не случайный гость на овсах. При общем положительном впечатлении от статьи мне бросились в глаза определенные упущения, о которых я упомяну ниже по тексту.

А вспомнились мне события почти двадцатилетней давности. Не желая того ни сном, ни духом, я был приобщен к отстрелу медведя. Дело происходило в страшной глуши, в десятке верст от ближайшего жилья. Однако поля вокруг брошенной еще в шестидесятых годах прошлого века деревни регулярно засевались овсом, который благополучно уходил под снег. Посылаемые на уборку комбайны не выдерживали волока по бездорожью, уродовались и тщетно ожидали своевременного ремонта по окрестным канавам и буеракам. Но руки до них не доходили, и на центральную усадьбу их отволакивали только по зимнику, а весной поля вновь перепахивались и засевались. Это называлось «Колхозный строй в действии».

трофейПонятно, что зверья всяческого и птицы разной развелось там видимо-невидимо без всякого участия охотустроителей. В брошенной деревне, на въезде, оставались два жилых дома. В один из них приезжал пасечник на летнее бортничество, а другой приспособил под охотничью базу местный егерь. Он-то и сосватал меня на проживание в своем имении, он и пригласил закрыть лицензию, поскольку у его команды не набирался кворум. Так впервые в жизни меня занесло на лабаз, сидя на котором я непрерывно клялся, что сегодняшняя сидка будет и последней. Мой насест располагался между тремя жиденькими стволиками, не помню уж каких деревцов. Обвязка в виде жердочек-ступенек мало способствовала жесткости всей конструкции, и ее раскачивало любое дуновение, аки былинку. В силу этого я ощущал себя камнем, заложенным в пращу, который неистовый ратник вот-вот метнет в неприятеля. Мой зад при этом размещался на досочке столь узкой и острой по краям, что создалась прямая угроза моим ягодицам быть разделенными пополам еще и в перпендикулярном направлении. Опора для ног располагалась где-то за линией спины, и, чтобы хоть как-то зацепиться за нее каблуками сапог, приходилось сгибать ноги под острым углом. Тщетно я пытался найти удобное положение, а потому молил Господа лишь о скорейшем завершении этой «охоты». Видать, мои мольбы были услышаны. Не прошло и часа адских мучений, как медведя порешили. Когда я его увидел на поле метрах в пятидесяти от себя, даже мысли стрелять не появилось. Не спугнуть бы своим ерзаньем, не испортить бы людям охоту. «Двигай, — думаю, — милок, к соседнему лабазу, мне бы живым на землю спуститься».

А потом свел я знакомство с Пасечником, ох, непростой был человече. С егерем они мило гутарили о том о сем, но, мало сказать, пиетета друг к другу не испытывали. А после отъезда команды показал мне новый знакомец и другую охоту. Как-то ближе к вечеру пригласил он меня посидеть на лабазах, а я стал отнекиваться. Дескать, и дичи мне с моей Долли хватает, да и не скворец я, чтобы умащиваться на жердочке, да и браконьерить боязно в зрелые лета (мне уж тогда к пятидесяти подкатывало). Дедок же, хитро ухмыляясь абсолютно лысым ртом, разом отбил все мои резоны. «Охоты на зверя и с легавой по перу, — излагал он, — две большие разницы, лабаз лабазу рознь, не все же неумеки безрукие, а караулить зверя пойдем на законных основаниях». Все это звучало очень убедительно...

В тот вечер я расположился в шедевре «лабазостроительного» искусства. К нему вела удобная лестница с частыми ступенями, и мне не пришлось, как в прошлый раз, вытягивать ноги в шпагат, чтобы закидывать их на следующую ступеньку. Удобное сиденье давало возможность опереться спиной в толстый ствол дерева, а ноги сами собой нашли опору в виде широкой доски, подвешенной на жгутах алюминиевой проволоки. Чуть ниже плеч спереди и слева свисал кусок сыромятной вожжи. Перекинув его на ветку справа и затянув петлю, я получил превосходную опору для ружья. Впереди в обе стороны открывался широченный сектор обстрела, умело выбранный в кроне. Впоследствии и этому нашлось объяснение: Пасечник стрелял с обеих рук. Даже такую мелочь, как подголовник из скрученной в рулончик бересты, предусмотрел Пасечник. Но окончательно сразили меня две консервные банки-пепельницы, зацепленные на сучки обогнутыми вокруг них крышками. По одной с каждой стороны: держишь цигарку в правой руке — стряхиваешь в левую, и наоборот. Излишества оказались здесь неспроста. Пасечник жестоко курил, а без курева его бил кашель. А я еще дивился, чего-то лабаз так высоко задран, метра на четыре с лишним. Одну из банок хозяин, усадив меня, захватил с собой, поскольку, как вы догадались, он уступил гостю свое укрытие. Я курить не собирался, не гоже новичку фамильярничать со зверем. В тот вечер мы только слышали медведя...

Ужинали мы у Пасечника. Кивком головы он указал мне на дверной косяк. Там, как квадратики газеты в нужнике у сельского интеллигента, на гвоздике были нанизаны серые бумажки. Оказалось — лицензии на разное зверье. Их выдавали, как, впрочем, и сейчас выдают, «нужным людишкам» — князькам областного и районного масштаба. Дальше действовала хорошо отработанная схема. Находился дельный охотник, к которому можно приехать на денек и расслабиться на природе от непосильных трудов вдали от любопытных глаз. Гостеприимному хозяину оставлялась лицензия, а тот слал весточку, когда можно приехать за шкурой и мясом. Естественно, мой Пасечник мог чувствовать себя прикрытым «уважаемыми людьми» в случае обнаружения некоторых своих грешков. Но это лишь мои догадки, подобные вопросы не обсуждались, как и не назывались имена и должности владельцев лицензий. Мне было достаточно знать, что я охочусь на условно законных основаниях.

В тот сезон Пасечник явно зашивался, откачка меда из нескольких десятков ульев вязала его по рукам и ногам. Совершенно бескорыстная помощь с моей стороны, то бишь досужий ствол, его вполне устраивала. К тому же, словно в оправдание известной приметы, новичку повезло. Уже на следующий день мне удалось добыть приличного медведя. Он высунулся строго под лабазом еще засветло и, не выходя на поле, старательно втягивал носом воздух. Стрелять пришлось вертикально вниз, и я опасался подшуметь, когда манипулировал вальтером, снимая его с опоры и просовывая между раздвинутыми коленями. Одной «Турбинки» 16-го калибра хватило. Зверь лег, чуть завалившись на левый бок, и не шелохнулся. Слезать было жутковато. Кое-что из повадок раненого зверя я знал из литературы, да и Пасечник проконсультировал перед моим походом. Легкий ветерок шевелил светлую гриву на холке, левая лапа застыла перед уткнутой в землю мордой, уши не прижаты. Вроде готов. Просидев минут пятнадцать, я осознал, что спускаться все-таки придется, и лучше еще при свете. Когда я привстал, ноги дрожали в коленях. С последних ступеней лестницы я потыкал зверя стволами спущенного с предохранителя ружья. Метров пятьдесят я пятился задом в поле, держа медведя на мушке, а потом буквально побежал, часто оглядываясь, благо до дома было метров семьсот. Пасечник ждал меня в полной готовности: ведро, топор, кусок белой тряпки. «Молодец, паря. Если бы промахнулся или подранил, стрелял бы второй раз» — сказал он, улыбнувшись.

Шкуру сняли с одной стороны до хребта, выпотрошили. Пуля вошла в затылок, пробила череп и остановилась у нижней челюсти; он развалился строго пополам, расколотый по рваной линии. До сих пор сожалею, что не взял такой завидный трофей — своего первого медведя. Ни повернуть, ни оттащить с места тушу мы не смогли. «За двести потянет», — одобрительно обронил Пасечник. Прикрыв ее ветками и забрав потроха, мы пошли домой. Завтра должны были приехать сын и племянник Пасечника...

Следующие свои лабазы я сколачивал сам, строго следуя указаниям моего наставника. Для первого из них он отдал мне весь приклад: дощечки от разбитого улья, старые гвозди, жгут провода и кусок сыромятины. Места же для засидок я выбирал сам. Это было нетрудно: с рассветом мы с Доленькой обходили овсяные поля, охотясь по тетеревиным выводкам, однако частенько нам попадались и глухари, и рябчишки, и даже утки. Я отмечал выходы зверей на овсы, места интенсивных кормежек, кабаньи и медвежьи тропы, кстати, и в этом моя курцхаариха существенно мне помогала, устраняя любые сомнения относительно свежести следов — живо интересуясь одними и оставляя без внимания другие. Поблизости я и строил некие подобия дедовского лабаза. Конечно же, плотницких высот учителя мне достичь не удавалось, но несколько часов ожидания и на моих новостройках не были мучительными. Мало того, время пролетало незримо, я переставал ощущать себя инородным телом в этом конкретном уголке Природы. Птички присаживались мне на сапоги, на плечи, на козырек фуражки. Выводок тетеревов слетелся на укатанный медведем участок поля и кормился на моих глазах. Несуразная в своей облезлой невзрачности лиса протрусила наискосок и скрылась в островке березняка. Болотный лунь на бреющем полете обследовал угодья и, взяв с них дань, скрылся в высоком бурьяне. На дальней оконечности овсов шумно кормилась большая семья кабанов...

Предпочитая ходовые охоты, я и предположить не мог, что несколько часов неподвижности могут подарить столько незабываемых впечатлений. И эта созерцательная составляющая охоты с лабаза, аналогов которой я не могу предположить ни в одной другой, едва ли не выше конечного результата. Думаю, что посидеть на лабазе в предзакатные часы где-нибудь на краю поля или на лесной поляне, когда Природа чуть приоткрывает тебе свою потаенную жизнь, весьма познавательно для начинающего охотника. И, может быть, с фото- или телекамерой более полезно, чем с ружьем. Всего с лабазов мне удалось взять трех медведей и кабана, больше я к этой охоте не возвращался.

Касаясь вновь прочитанной статьи, мне хочется несколько дополнить ее. И в первую очередь речь пойдет о максимальных удобствах. Излишнего комфорта не бывает, но малейшее неудобство может свести насмарку все удовольствие. Остановлюсь на основных моментах — сиденье, подставка под ноги, опора под ружье.

Не открою секрета, утверждая, что в кресле сидеть удобней, чем на узкой лавке. Но, конечно же, нет необходимости затаскивать на лабаз столь громоздкую часть мебели. Однако обрезок широкой доски, накрытый двумя-тремя слоями изношенного старого ватника, — то, что нужно. В выборе ширины доски следует исходить из размеров собственного зада. Чем шире сиденье, тем меньшее удельное давление испытывает неблагородная оконечность вашей спины. Длина доски (сиденья) выбирается такой, чтобы можно было свободно поворачиваться в разные стороны с раскинутыми локтями, не задевая при этом свисающих веток.

Опору для оружия, на мой взгляд, никоим образом не следует жестко крепить к лабазу. И даже гладко обработанный стволик деревца не гарантирует вас от удара по нему ружьем. Другое дело эластичный элемент: сыромятина, кусок старой корды, наконец, толстая пеньковая веревка. Такую опору можно привязать по месту на разной высоте, приблизить либо удалить, ослабить или натянуть, по ней можно беззвучно переводить ружье вправо-влево, вперед-назад. Попутно присоветую зафиксировать антабки скотчем.

Момент архиважный, но почему-то опущенный автором. Вы и пятнадцати минут не усидите на лабазе без опоры под ногами. Свободно свисающие ноги — это сродни средневековой пытке. Хорошо, если вы нащупаете какой-то сучок или дотянетесь до последней ступеньки лестницы. Тем не менее, забудьте о созерцании, забудьте об охоте.

Назовем этот элемент конструкции подножкой. Ширина дощечки для нее должна быть опять же как можно больше, исходя из минимизации уже упомянутого удельного давления на ступню. Желательно, и даже очень, закрепить подножку хотя бы с одной степенью свободы, то есть подвесить подобно качелям (на ремнях, веревках, жгутах мягкой проволоки). Ноги в этом случае не затекают и помогают менять положение тела. Именно вытянув их вперед и не теряя при этом опоры, я получил возможность стрелять непосредственно под себя.

И, наконец, в завершение. Лучший строительный материал для постройки лабаза всегда можно найти на брошенных фермах или в хлевах покинутых домов: и высохшие замшелые доски, и старинные кованые гвозди, и сыромятину, так поучал Пасечник.

В. Жибаровский

"Охота и Рыбалка XXI век № 8 - 2008 г."


главная новости база охотнику оружие газета "РОГ" фото каталог собаководство рыбалка


k®k 2002-2012 Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100