Калининградский охотничий клуб


За осенним вальдшнепом


Желтые, палевые, алые, багряные, бурые листья... Листья всех цветов и оттенков то тихо порхают в прозрачной неподвижности осеннего воздуха, то мечутся в порывах ветра, то сбитые дождевыми каплями, бессильно никнут к земле. Некоторые из них еще сохранили увядающую зелень лета, но все они мертвы, и общий их удел - тление. С утра до вечера лес наполнен их многоцветным мельканием, едва уловимым шелестом и терпким запахом. По ночам они тоже незримо падают, шелестят и пахнут; каждое утро на деревьях их становится все меньше, а на земле - все больше. И где-то здесь, среди пожухших трав, злой осенней крапивы и рыжих зарослей таволги, таится рыжий вальдшнеп - прекраснейшая из птиц нашего леса.

За осенним вальдшнепомО вальдшнепе мы знаем и много и мало. Знаем, что зимует он на юге и у нас появляется вместе с первыми проталинами. Знаем, что сперва его бывает много, а потом - мало, так как лишь часть птиц остается у нас на гнездовье, остальные же пролетают дальше на север. Знаем, что осенью, в сентябре или октябре, вальдшнепов опять появится много, а потом они отлетят на зимовку. Знаем, наконец, что вальдшнеп - типичная лесная птица, что самка откладывает четыре яйца, а самцы с апреля и до июля на вечерних и утренних зорях "тянут", то есть со своеобразными криками (хорканьем и цвиканьем) летают над лесом.

В то же время мы не имеем ни малейшего представления о том, что же такое эта тяга: поиски самки, патрулирование гнездового участка или токование. Нам неизвестно даже, образуют ли вальдшнепы постоянные или временные пары или придерживаются принципа "свободной любви". Остается секретом и то, каким образом эта вообще-то одиночная птица собирается при перелетах в группы, что несомненно, ибо постоянно в каких-либо участках леса за одну ночь появляется и потом исчезает сразу много вальдшнепов (осенние и весенние высыпки - так называют охотники эти массовые появления).

Но так или иначе, а несомненно одно: из всех видов боровой дичи вальдшнеп - самая лучшая. Хотя для охотника вкусовые качества его добычи далеко не самое главное, все же стоит упомянуть и о том, что жареные вальдшнепы испокон веков считались изысканнейшим лакомством. Их полагалось даже жарить не иначе как в серебряных кастрюлях (то ли из уважения к качеству их мяса, то ли потому, что серебряная утварь придавала им особый вкус). Тем не менее и зажаренный на обычной сковороде вальдшнеп остается вальдшнепом, то есть одной из самых вкусных птиц.

Для охотника же главная ценность его не в этом. В вальдшнепе скрыто какое-то непередаваемое очарование. Он точно воплощает в себе прелесть осеннего леса с его таинственностью, красками и запахом. Он словно белый гриб, найдя который, забываешь о всех этих подосиновиках, лисичках и прочей грибной мелочи. Что же касается осенней охоты на вальдшнепа, то мало какая другая охота может с ней сравниться. Обстановка осеннего леса, удовольствие от работы собаки и в большинстве случаев очень трудная стрельба доводят ее эстетичность и спортивность до высочайших пределов.

Вальдшнепы, как правило, держатся в чащах и, хотя хорошо выдерживают стойку собаки и подпускают близко, взлетают так стремительно и так ловко укрываются за сплетениями ветвей, что попасть в них очень непросто. Когда в 10-15 шагах, точно крылатая ракета, шумно вырвется вальдшнеп и тут же юркнет в кроны окружающих деревьев, выцеливать просто нет времени: приходится стрелять быстро, навскидку и часто уже не видя птицы, туда, где она должна быть. Особенно трудна охота в начале сезона, пока еще не облетел лист. Здесь из десятка найденных вальдшнепов выстрелишь по двум-трем. Правда, еще С. Т. Аксаков писал - и писал совершенно справедливо - о том, что редко на какой другой охоте удаются такие непонятно удачные выстрелы, как на охоте по вальдшнепу. Стреляешь "наудалую", куда-то в сплошную гущару листьев, в которую мелькнул рыжий, острокрылый силуэт, а птица падает, и ваш пес с наслаждением обнюхивает длинноносого, большеглазого красавца.

Когда кроны деревьев оголятся, стрелять, конечно, становится легче, но и тут многие долгоносики оставят нас "с носом", шмыгнув за одну из елок, под которыми они любят проводить день, особенно в ненастную погоду.

До начала осеннего пролета, пока есть только местные вальдшнепы, их никогда не найдешь много. Три-четыре птицы в день - и то удача. Но вот приходит час, когда в местах, уже много раз исхоженных, количество вальдшнепов вдруг заметно возрастает. Там, где леса обширны, это увеличение происходит как-то постепенно и в течение длительного времени. В островных лесах, разбросанных небольшими массивами среди открытых угодий, вальдшнепы чаще действительно "высыпают", сразу появляются в массе, держатся какое-то время и исчезают, чтобы потом опять появиться. Кроме того, в первом случае птицы являются и держатся в совершенно определенных участках лесов. Во втором - их иногда находишь в самых неожиданных местах, включая вырубки, сосновые посадки и даже сады. Тем не менее на высыпки удается попадать и в достаточно лесистых районах, но и здесь массовое скопление птиц в ограниченном участке угодий всегда кратковременно.

Любимые места осеннего пребывания вальдшнепа - сырые лиственные молодняки с отдельно стоящими елями, ивовыми кустами с зарослями таволги, папоротников и крапивы. Особенно они милы вальдшнепу, если в них (или рядом с ними) постоянно выпасается скот. В лепешках коровьего помета, в истоптанной унавоженной почве вальдшнепу, видимо, особенно удобно своим длинным клювом промышлять всевозможных червяков и личинок. Проведя весь день под защитой леса, он с наступлением темноты молча, стремительным полетом мчится туда, где рассчитывает вволю пожировать, и наутро характерные следы его пребывания (отпечатки лап и дырочки, оставленные клювом) можно видеть на грязи поскотин, по окрайкам болот и даже у скотных дворов.

Для того чтобы успешно охотиться на вальдшнепа, помимо знания мест его пребывания, необходимо два условия: наличие работающей легавой собаки и умение угадать время массового пролета. Все подружейные собаки - если они вообще работают - по вальдшнепу работают очень охотно. Вальдшнеп сильно пахнет, и его легко причуять. Он редко пробует убежать, предпочитая затаиваться, а поэтому не так горячит собаку, как тетерев, белая куропатка или коростель. Он хорошо выдерживает стойку и редко взлетает вне выстрела, что также благотворно сказывается на настроении нашей помощницы. Но все эти прекрасные свойства приносят пользу только в том случае, если наша легавая обладает коротким поиском или мы в состоянии ее поиск укоротить своей властью. Охота ведь проходит в чаще леса, где, отойдя от нас на 30-40 шагов, а то и меньше, собака скрывается из виду.

Вот она исчезла, мы уже не знаем, где она, что делает. Мы свистим, а она в это время может быть разбирается в вальдшнепиных набродах или уже стоит по найденной птице. Если она послушна, то явится на наш зов, бросив начатое увлекательное дело или стронув найденного вальдшнепа. Если упряма, то искать ее придется долго и чаще всего найдем мы друг друга с чувством взаимного неудовольствия. И все это будет раз за разом повторяться весь день и никак не украсит охоты. Поэтому-то легавая в лесу должна держаться близко от хозяина, или он должен ее к этому принудить. Исключение существует лишь для собаки анонсирующей, которая, найдя птицу и ничем ее не потревожив, возвращается к хозяину и ведет его к обнаруженной добыче. Но много ли наших любимцев способны к такому совершенству? Правда, собака, с которой часто охотятся в лесу, постепенно привыкает не удаляться особенно далеко, так как наши непрерывные свистки и призывы ей, вероятно, тоже не доставляют никакого удовольствия.

Тому, кто живет в сельской местности, своевременно обнаружить появление пролетных вальдшнепов, а следовательно, и поохотиться на них в свое удовольствие сравнительно несложно. С началом интенсивного листопада он просто периодически обследует излюбленные вальдшнепами места и рано или поздно дождется своего часа. Городским жителям не пропустить пролет вальдшнепа гораздо труднее. Сроки его постоянно меняются по годам и не только в зависимости от местной погоды, но и в не меньшей степени от ее капризов в северных областях обитания вожделенных долгоносиков. Даты прилета и отлета так колеблются во времени, что зачастую не укладываются в продолжительность нашего отпуска. Взяв последний с середины сентября, можно так и не дождаться "валового" вальдшнепа; отложив выезд хотя бы до первого октября - тоже; задержавшись на неделю, можно приехать уже к шапошному разбору. Конечно, еженедельные выезды на субботу и воскресенье - неплохая возможность для разведки, а если повезет, то и для охоты, но разве за день-другой насытишь глаза и душу очарованием осеннего леса, работой собаки, стремительными взлетами большеглазых красно-бурых птиц? Разве натешишь за этот срок истомленного великим городским сидением сеттера или пойнтера? Ну а к следующей субботе может быть будет уже поздно. В общем, как и во всякой охоте, "повезет" или "не повезет" играет тут первостепенную роль.

Кстати, о везении. О двух его видах страстно мечтает любой вальдшнепятник: о том, чтобы попасть на концентрированную высыпку, и о том, чтобы в период его охоты в богатых вальдшнепом местах прошумел над лесом короткий проливной дождь.

Первое из этих желаний понятно каждому - всех нас прельщает обилие дичи, и ситуация, когда от стойки до стойки собаки время исчисляется не часами, а минутами, необычайно соблазнительна. Нужно только помнить, что если уж выпало нам такое счастье, то вести себя следует соответственно. Здесь прежде всего бывают необходимы спокойствие и выдержка. Когда из-под каждой стойки вспархивают две, а то и три птицы, когда собака, подняв их на крыло, тут же начинает снова тянуть к новому вальдшнепу, именно эти свойства изменяют нам особенно часто. И тут не избежать ни промахов, ни глупой суетливости, ни полного нарушения контакта с также загорячившейся и обалдевшей от обилия дичи собакой. Пусть неудобно для выстрела поднявшийся вальдшнеп у вас на глазах опять опустился в крапиву - не спешите туда, не торопите собаку, птица потому и села так быстро, что здесь же остались другие вальдшнепы. Успокойте собаку, пустите ее в поиск, и если вы действительно попали на высыпку - собака скоро вновь замрет на стойке, а если и нет, то ведь пересевший вальдшнеп никуда не денется.

Смысл "дождевых" молений несколько иной. Такая уж вальдшнеп птица, что в девяноста случаях из ста стрелять по нему приходится в чаще. А вот после сильного дождя случается захватить его и на чистом месте. Когда с намокших ветвей часто и гулко начинают падать на опавшие листья тяжелые капли, вальдшнепу это не нравится. Капель его тревожит, он спешит выбраться на поляну, вырубку, а то и прямо на примыкающий к лесу луг. Там, поднятый на крыло, летит ровно и тихо, точно громадный рыжий дупель, и только волнение от такого неожиданного подарка судьбы мешает иногда свалить его первым же выстрелом.

И богатая высыпка, и стрельба на "чистине" - редкая удача. Да это и хорошо: будь они часты, мы бы их так не ценили. В большинстве же случаев найти с десяток вальдшнепов и убить из них трех-четырёх вполне достаточно, Чтобы считать охотничий день удавшимся.

Вальдшнеп не крепок на рану, и для него совершенно достаточно патронов, снаряженных 7-8 номерами дроби.

В удобных для его жизни местах он, как местный, так и пролетный, задерживается иногда до сильных заморозков и снега. При мягкой погоде даже и снег не всегда заставляет ленивых, неимоверно зажиревших птиц сразу покинуть полюбившиеся им угодья. Они отсиживаются под большими елями, где снега нет и в талой земле можно раздобыть пищу. Тем из нас, кто не хочет мириться с наступлением зимы, иногда выпадает счастье даже в ноябре положить в ягдташ рыжую птицу - прощальный привет уходящей осени.

Я. Русанов, биолог-охотовед

"Охота и охотничье хозяйство № 9 - 1986 г."


главная новости база охотнику оружие газета "РОГ" фото каталог собаководство рыбалка


k®k 2002-2012 Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100