Калининградский охотничий клуб


Пролет коростелей


С детства я увлекался наблюдениями за зверями и птицами. Прочитал много специальной литературы. С увлечением слушал лекции профессора П. Мантейфеля о жизни "братьев наших меньших". Например, коростеля, одной из трудно изучаемых птиц.

Образ его жизни - питание, размножение, воспитание птенцов - изучен сравнительно хорошо. А вот когда коростели прилетают к нам в среднюю Россию и. когда улетают на зимовку? Тут не все ясно. Неизвестно, как они летят - одиночно или группами? Днем или ночью? На какой высоте? Каких маршрутов придерживаются?

И сколько я за ними ни наблюдал, так и не получил достоверного ответа. Меня и моих друзей юннатов особенно интересовал вопрос: как отлетают коростели - одиночно или стайками? А может быть, парами, выводком? Все наши наблюдения ни к чему не привели. Казалось, мы изучили всю их жизнь, а вот как коростели отлетают - установить не смогли. Да и в литературе о коростеле много противоречивого. Даже можно встретить утверждение, что он в Африку идёт пешком (!). Но большинство орнитологов утверждают: коростели летят поодиночке, ночами. Летят быстро, высоко, поджав лапки. Такого мнения придерживался и я до тех пор, пока воочию не убедился в том, что коростели перелетают стайками.

Сорок лет я веду наблюдения за этими интересными и своеобразными птицами. Мне ни разу не довелось наблюдать их перелеты не то чтоб группами, я даже не видел их больше двух-трех особей.

И вот удача. 10 октября 1981 года, охотясь на вальдшнепиных высыпках в садах около города Ейска, я стал свидетелем перелета коростелей небольшими стайками - по десять-пятнадцать особей.

Обстановка была такова: чуть брезжил рассвет, неясные контуры деревьев и кустов почти сливались в темную массу. Слабый ветерок дул со стороны Азовского моря. Теплый и влажный воздух пропитал влагой опавшие листья, что заглушало шум шагов и предвещало хорошую охоту на подвалившего вальдшнепа. Начинать охоту было еще рано, и, чтобы скоротать время, я остановился метрах в тридцати от обрывистого берега моря, уложил своего Рекса рядом и залюбовался загорающейся зарей.

Со стороны моря слышу приближающийся шум птичьих крыльев - обычно такой шум издают летящие стаей скворцы или кулики-веретенники. Повернув голову, вижу: прямо надо мной, на высоте не более двадцати-двадцати пяти метров, с темной части горизонта к заре прошла стая птиц в двенадцать-пятнадцать особей. Птицы не были похожи ни на скворцов, ни на веретенников. Кто же они? Частые и короткие взмахи крыльев, их легкая изогнутость, прогонистая тушка, прямолинейный полет... Вроде что-то знакомое. Забилось сердце орнитолога!

Пока я стоял в изумлении, раскрыв рот и мучительно соображая, кого я видел, надо мной прошумела еще стайка. И опять ониI Испарина выступила на лбу. Наконец я опомнился, быстро зарядил ружье восьмёркой... Третья, более плотная, стайка птиц, точно следуя маршрутом двух предыдущих, пролетела надо мной. Я успел дуплетом выстрелить в угон. Три птицы упали в темно-зорь, мягко стукнувшись о землю, а секунды две-три спустя послышалось падение и четвертой птицы. Она с легким шумом упала в кусты виноградника.

Я успокоился. Дал команду Рексу: "Подай!" Был твердо уверен - сбитые птицы будут у меня. Ибо ещё не было случая, чтобы Рекс не находил подранков.

Я ждал. Нервы опять напряглись. Сейчас будет разгадка! И вот Рекс принес сразу двух птиц. В нетерпении я чуть было не нарушил ритуал приема от Рекса добычи. Обычно, когда он приносил мне птиц, то садился напротив. Я нагибаюсь, оглаживаю его по голове и левой рукой принимаю добычу, одновременно ласково благодарю за работу. Проделав это, я взял птиц. Батюшки! Да ведь это коростели!

От неожиданности сел на землю, забыв послать Рекса за остальными. Но Он знал свое дело. Поняв мою озабоченность, секунды две помедлил и ушел в поиск, а затем по очереди принес мне остальных двух птиц.

В руках у меня были коростели. Все еще не веря, я перебрал перышки, осмотрел лапки, головки, клювы, растягивал крылья. Никаких сомнений: это были хорошо упитанные коростели. Какая орнитологическая удача! Среди четырех птиц три молодых и один старый. Старый отличался большими размерами, упитанностью и более светлым окрасом пера. Интересная особенность: разницу (небольшую) в окрасе можно было заметить, только положив птиц рядом. Стоило мне передвинуть старого влево на полметра, и я уже не видел этой разницы. Внимательно разглядывая старого коростеля, я обнаружил бельмо на его левом глазу, а поперек клюва, ближе к основанию и тоже с левой стороны,- полукруглую бороздку. Когда я дома вложил в нее дробину седьмого номера, она точно совпала на выемке. По всей вероятности, это был след от дробинки седьмого номера, а бельмо на глазу - травма от скользящего удара дробины. Стреляный коростель!

Подтверждение, что коростели делают перелеты стайками, прислал мне мой друг детства Михеев А. П. (мы вместе выполняли работы по наблюдению за коростелями, когда были юннатами).

Он сообщал: 4 октября 1980 года он охотился на пролетнего перепела на Крымском перешейке. Едва забрезжил рассвет, как на него налетела стайке птиц, которых он сначала принял за куликов. Успел произвести по ним один выстрел. Две птицы упали...

"Каково же было мое удивление, - пишет он, - когда вместо куликов мой сеттер Альфа подала двух коростелей!" Дальше он сообщал мне об упитанности коростелей, что летели они сравнительно быстро и в сумерках их полет напоминал полет веретенников. В стайке было примерно четырнадцать-пятнадцать особей,

Вспоминаю детство... Мы, два друга, я и Толя Михеев, получили как юннаты задание по изучению коростелей. Работали увлеченно. Рядом пойма реки и заливной луг, где было множество коростелей. Все наблюдения старательно записывали в дневник.

И вот 16 сентября 1935 года мой старший брат Иван Сергеевич вернулся с утренней зорьки и позвал меня. Я подбежал к нему. Рядом с ним стоял его друг-охотник Яков Логинович Кашин; Брат подал мне ягдташ с узорной сеткой и сказал: "На, смотри! Тут крякаш и три дергача - предмет твоих наблюдений".

Выложив селезня, я дрожащими руками достал одного за другим трех коростелей и аккуратно разложил на полу. Внимательно их осматривая, делал замеры, считал маховые и рулевые перья и все записывал в журнал. Яков Логинович, с интересом глядя на мою работу, спросил брата: "Ты их что на прокосах стрелял или самотопом?" "Не то, не другое, - усмехнулся брат, - в сумерках налетела стайка, думал кулики - выстрелил и... подобрал трех дергачей".

Мой друг-лётчик Алексей Волынкин 9 октября 1956 года при заходе на посадку в вечерних сумерках на высоте двухсот метров столкнулся со стаей птиц. На крыльях самолета мы насчитали пять вмятин со следами крови, а между цилиндрами мотора механик обнаружил небольшую птицу. Без труда я узнал в ней коростеля. Количество особей в стае летчик определить не смог, но сказал, что приблизительно их было около полутора десятка.

Сопоставляя все эти факты, можно смело утверждать: коростели делают перелеты на места зимовок не только в одиночку, но и стайками в десять-пятнадцать особей. Летят сравнительно быстро, поджав лапки, в темное время суток, придерживаясь определенных маршрутов, на высоте от двадцати до двухсот пятидесяти метров. Перед рассветом высота полета их снижается до двадцати метров, и с наступлением рассвета они спускаются на дневку в подходящее место. Таким местом в Ейском районе является Воронцовская впадина. Там в октябре каждого года охотники со спаниелями успешно на них охотятся. На этой своеобразной коростелиной высыпке Приходилось охотиться и мне. На площади в сто квадратных метров во время перелета удавалось поднимать по семь-восемь коростелей.

П. Осипов

"Охота и охотничье хозяйство № 10 - 1982 г."


главная новости база охотнику оружие газета "РОГ" фото каталог собаководство рыбалка


k®k 2002-2012 Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100