Калининградский охотничий клуб


Убили охотничью собаку


Не часто публикация в нашем журнале какого-либо материала вызывала такой широкий отклик читателей, как статья Б. Рябинина "Пропала собака". В десятках писем приводятся факты вопиющих нарушений, имеющих место при борьбе с бродячими собаками, звучат требования наказать виновных, навести в этом деле должный порядок и вообще пересмотреть отношение к нашим четвероногим друзьям и помощникам.

Поставленная проблема достаточно многогранна. В ней и юридическое бесправие собаки, как животного якобы "непродуктивного", и нарушение законодательства некоторыми местными руководителями ("Мы объявили тотальную войну собакам..."), и обложение собаковладельцев всевозможными налогами, и безжалостное легкомыслие тех, кто выбрасывает на улицу надоевших и ставших ненужными песиков, и многое, многое другое.

Но из всего этого печального многообразия нас, охотников, в первую очередь волнует то, что связано с собаками охотничьими и самими охотниками. Можно ли охотничью собаку, встреченную в угодьях без хозяина, рассматривать как бродячую? Ведь преследуя зверя, и гончая, и лайка, и борзая неизбежно удаляются от своего владельца на весьма значительные расстояния. Для них не существует границ отдельных охотничьих хозяйств, воспроизводственных участков и заказников: предупредительно-запретительных аншлагов они воспринять не в силах - просто делают то дело, для которого предназначены, которому их обучали и за которое поощряли. Даже представители легавых и норных пород могут оказаться вдали от охотника, потерявшего в чаще своего окаменевшего на стойке пойнтера или ушедшего в нору фокса. У меня был случай, когда бросившиеся на легавую коровы угнали ее чуть ли не "на край света". Вообще мало ли что может на охоте разлучить охотника и его собаку. Да и вне сезона охоты возможны любые случайности, как-то: собака сорвалась с привязи, подкопала стенку вольера или какой-либо "доброжелатель" помог ей оттуда выбраться. Неужели из-за этого нужно ее убить? Совершенно ясно, что определение "бродячая" к охотничьей собаке относиться не может, где бы она ни была встречена, и выстрел по ней всегда противозаконен. И все же охотничьих собак стреляют - и не только в лесу или в поле, но и в населенных пунктах. Кто же и почему это делает? Ответ на данный вопрос представляется мне исключительно важным потому, что, как увидим ниже, он дает нам надежду на возможность искоренения зла.

Итак, кто стреляет? Как ни стыдно мне, охотнику и охотоведу, констатировать позорный факт, но ответ практически однозначен - стреляют "охотники", "егеря" и "охотоведы". Таковыми их во всяком случае считают (да, возможно, они и сами склонны разделять это величайшее заблуждение), поскольку у них имеются охотничьи билеты, служебные удостоверения и даже дипломы. У охотника Ф. Ф. Суховея (Саратовская обл., Лысогорский р-н) его пегую гончую застрелил и ободрал охотник, взявший на себя обязанности по отстрелу бродячих собак. Охотниками была убита четырехлетняя лайка штатного охотника И. В. Еловикова (Пермская обл., Краеновишерский р-н). В поселке Арбаж Кировской области, как пишет Н. Д. Смирнов, отстрел охотничьих собак прямо в поселке проводился под руководством и при непосредственном участии охотоведа областного общества охотников и рыболовов Кухно С. М. При этом первопольная лайка охотника Н М. Колпакова была застрелена прямо у него во дворе, в момент, когда с нею играл внучонок охотника. Старший охотовед Тернопольской области Вожак И. с товарищем застрелили, правда не охотничью собаку, а овчарку, но сделали это, когда СОБАКУ ВЕЛ НА ПОВОДКЕ ее хозяин семиклассник А. Волыняк! Но довольно. В статье Б. Рябинина, как мы помним, также фигурировал егерь Белинький В. "безымянные" егеря Скнятинского охотхозяйства и директор последнего Мирошниченко В. Пусть таких "охотников", "егерей" и "охотоведов" немного, пусть они составляют ничтожную часть тех, кому дороги почетное звание охотника и работника охотничьего хозяйства, но их наряду со всеми нами привлекают к борьбе с браконьерством, охране угодий и уничтожению бродячих собак, И вот тут вся их анти-охотничья природа выявляется во всей своей неприглядности. Она не только выявляется, но и марает всех нас в глазах общества.

Сейчас спортивным охотничьим хозяйствам, правлениям обществ дается план отстрела бродячих собак и кошек. За уничтоженных животных начисляют баллы. Количество последних определяет возможность занять то или иное место в соцсоревновании, получить премию, лицензию на отстрел лося или кабана и так далее. Данный порядок нелеп по самой своей сущности, как и планирование "сверху" любых биотехнических мероприятий. Он лишь стимулирует те безобразия, которые послужили причиной для написания нашей статьи. Представим себе охотничье хозяйство, где из-за удаленности населенных пунктов или дисциплинированности их жителей бродячие собаки и кошки - редкость. Но план-то нужно выполнять! И вот крадутся работники хозяйства к околицам деревень и таятся там в надежде, что, может быть, чьи-то шавка или кот выбегут за огороды и гибелью своей дадут возможность исполнить указания начальства, а то и подработать. Так что с планированием отстрела "бродячих" нужно как можно скорее покончить, с уничтожение их там, где они есть, осуществлять в ходе ведения текущей охотхозяйственной работы.

Известно, что любые нарушения охотничьего законодательства, норм охотничьей этики и морали, как и поступки, свидетельствующие о полной охотничьей безграмотности, вне зависимости от степени их юридической наказуемости, могут служить основанием для исключения виновных в них из общества охотников со всеми вытекающими из этого последствиями. В том числе с лишением права на приобретение и использование охотничьего оружия. Когда речь идет о правилах, сроках, способах и нормах охоты, мы такую возможность используем достаточно часто. Что же касается беззаконий, учиненных, так сказать, вне охоты, - снисходительность наша, к сожалению, бывает просто удивительной.

Давайте посмотрим, что может толкнуть охотника на выстрел по чужой охотничьей собаке (если, конечно, его не просит об этом владелец последней). Первое - неумение отличить лайку или гончую, сеттера или фокстерьера от других представителей собачьего племени. Но это значит, что уровень специальных знаний данного человека настолько низок, что права на охоту ему предоставлять нельзя.

Второе - чрезвычайная тупость, граничащая с идиотизмом, лишающая человека способности здраво оценивать степень законности полученных им инструкций. Скажут ему стрелять бродячих собак в городе - он стреляет. Скажут, что находящаяся в угодьях без хозяина собака - "бродячая", он и это "усечет" и утруждать себя раздумьями (какая охотничья, а какая нет) не станет. Однако вряд ли кто-нибудь усомнится в том, что давать такому человеку в руки ружье попросту опасно.

Третье - злоба, зависть, общая недоброжелательность, при которых возможность безнаказанно и даже "законно" учинить какую-либо мерзость своему ближнему доставляет отраду и наслаждение. Чем дороже собака, чем она лучше работает, чем больше горя доставляет ее гибель владельцу, особенно если последний чем-либо "не угодил" тому, кто может сделать гадость, - тем больше ликование, злорадство. Но разве подобные личности могут быть терпимы среди тех, кому дается право пользоваться оружием?

Четвертое - корысть, стремление "подработать" любыми средствами и путями, шкурничество во всей его неприкрытой наготе.

Для тех, кем они безраздельно владеют, - собака это "товар", ценность которого определяется качеством ее шкуры, и ее "добывают". При этом соблюдение каких-то правил и положений (например, недопустимость стрельбы в населенных пунктах) хапуг не останавливает, тем более если совершаемые ими нарушения санкционированы теми, кто в иерархии городских, поселковых, районных или охотничьих руководителей занимает хотя бы мало-мальски заметное место. Вот тут-то, прикрываясь чьим-то "авторитетом", и стреляют по собаке, находящейся во дворе своего владельца, идущей рядом с ним на поводке, играющей с ребенком и так далее. Стреляют, продавая добрую славу охотника, почетность егерского или охотоведческого звания за пару шапок из собачины, а то и какое-то количество "баллов", начисляемых за отстрел. Это ли не основание для справедливого изгнания всех этих Белиньких, Кухно, Божаков и иже с ними с занимаемых должностей и из обществ охотников? Здесь авторы полученных нами писем совершенно единодушны. "Не может им быть места на такой работе", - пишет В. А. Пентегов из г. Устинова Удмуртской АССР о егерях Скнятинского хозяйства, пристреливших гончих Н. В. Маслова, "Как опорочено это хорошее слово и должность" (егерь) - Е. А. Бекасов из г. Кинешмы. "Я много слышал о Скнятском охотничьем хозяйстве хорошего, собирался поехать туда на охоту, но теперь мне ехать туда противно. Оказывается, там работают не егеря, а убийцы охотничьих собак и заведующий хозяйством Мирошниченко В. их покрывает", - так реагирует на факты, изложенные в статье Б. Рябинина, московский охотник В. Ф. Беляев. "Этим людям нельзя доверять ружье и тем более охрану охотничьего хозяйства" и "Как хочется, чтобы их не было ни в одном нашем коллективе", - пишет по тому же поводу Н. Мороз из Целиноградской области. Все они и многие другие, поддерживающие их мнение, совершенно правы, так как сама охота и тот нелегкий и не всегда приятный груз обязанностей, который нам приходится нести ради блага нашего охотничьего хозяйства, требуют доброго сердца, светлой головы и чистых рук. Тем, кто из-за нехватки знаний, умственной недоразвитости, злобы, зависти или корыстолюбия не может либо не желает этого понять, среди нас не должно быть места.

Пока будут обсуждаться, проходить через все нужные инстанции законоположения, охраняющие собаковладельцев от произвола, местничества, от воровских и иных посягательств (о необходимости которых пишут наши читатели), пока эти законоположения будут утверждены и начнут действовать, пройдет не один год. Охотничья же общественность уже сейчас, не откладывая, может принять меры к очистке своих рядов от всевозможного шлака. Для этого убиение охотничьих собак, всякая стрельба бродячих дворняжек в черте населенных пунктов или собак в присутствии их владельцев должны быть приравнены к злостным нарушениям охотничьего законодательства и, если они совершены охотником, служить основанием для немедленного исключения последнего из общества. Нарушители этих категорий должны автоматически освобождаться от должности.

Никакие ссылки на "полученные задания" и необходимость выполнения "планов отстрела" оправданием здесь быть не могут. Не на исполнение противозаконных решений отдельных администраторов, а на активную борьбу против этих решений должна толкать нас охотничья совесть. Кстати, тем, кто "дает задания", объявляет собакам "тотальную войну" и так далее, не мешало бы помнить, что наши законы одинаково обязательны и для рядового гражданина, и, например, для заместителя председателя челябинского горисполкома Аношина Д. А.

Стоит нам избавиться от тех, кто с бездумной покорностью, тайным злорадством или ради шкурнических интересов стреляет по охотничьим собакам,- и количество всевозможных нарушений в этой области пойдет на убыль. Сделать это нужно как можно скорее.

Я. Русанов, доктор биологических наук

"Охота и охотничье хозяйство № 10 - 1985 г."


главная новости база охотнику оружие газета "РОГ" фото каталог собаководство рыбалка


k®k 2002-2012 Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100