Калининградский охотничий клуб


Волки-людоеды: миф или реальность


Волки!.. Когда заходит разговор о волках, убеждаешься, что среди послевоенного поколения людей, всецело связанного с городской жизнью, представление о природе этого зверя навеяно его образом, который фигурирует в шутливых анекдотах и у сочинителей забавных историй под рубрикой "Ну, заяц, погоди!".

Но есть еще жители сельских районов. Для них живой волк, его дикий вой - это то, что все еще вызывает гнетущий страх и горькие воспоминания жестоких волчьих злодейств. Для них же остаются вещими слова Л. П. Сабанеева (Сабанеев Л. П. Волк. - Природа, 1987. Кн. 2. С, 230), написанные столетие назад, слова о том, что бурное размножение волка "...имело место только в периоды упадка народного благосостояния, в эпохи общественных бедствий и войн по преимуществу, как роковое и неизбежное последствие всякой неурядицы, и что волк является, таким образом, грозным символом невежества, бедности, беззащитности и угнетения народной массы".

волкО том, как размножился и каким оказался волк в очередное бедствие нашего народа, вызванное Великой Отечественной войной, мне удалось рассказать в своей книге "Волк", вышедшей в свет в 1982 г. В книгу включена глава "Опасность волков для людей", содержащая сведения о хищничестве этих зверей, о случаях умерщвления и поедания ими детей, о последствиях встреч с бешеными особями.

Следует сказать, что освещению этих фактов предшествовал обзор суждений известных охотоведов России (С. А. Бутурлин, С, В. Керцели, В. Н. Каверзнев и др.), которыми ставилась под сомнение сама возможность нападения волков на людей. Оспаривались и статистические данные о человеческих жертвах этих зверей, невзирая на то что сведения регулярно публиковались в летописном разделе журнала министерства внутренних дел Российской империи (Приложение, раздел "Современная Летопись"), Что же публиковалось тогда в этом разделе? В качестве примера сошлюсь на журнал министерства за август 1854 г., где на стр. 59-60 летописи читаем, что в этом месяце от диких животных пострадало: в Лифляндской губернии - 5 мужчин, в Могилевской - 4, С.-Петербургской - мужчина и женщина, в Тифлисской - мужчина. Заедено хищниками в Архангельской губернии - женщина, в Калужской - 2 мужчины, Киевской - женщина, Ковенской - 3 мужчины, Могилевской - 2, Нижегородской - 3, Новгородской - 2, Орловской - один, Пензенской - 2, Таврической - 2, Шемахинской - 3 мужчины. В тот же период публиковались и более подробные сведения, В частности, в Приложении к февральскому номеру этого журнала за 1855 г. имеется следующая запись: "В Казанской губернии в селе Аликовы Ядринского уезда государственный крестьянин Федоров на рассвете 11 ноября, услышав хрюканье его свиней и вы шедши с женой и сыном, увидел на дворе волка и хотел тут же убить его при помощи своих домашних. Но зверь стал бросаться на них, искусал Федорова в лицо и отгрыз большой палец на левой руке. Жену его укусил в правую щеку, а сына, который схватил было волка за шею, утащил в находившийся поблизости овраг и также изранил. Ярости его подвергся еще и прибежавший на крик их сосед Иванов; волк искусал и у него правую руку, но тут же был убит. Пораненные крестьяне, впрочем, все выздоровели".

Первым все же, кто публично высказал сомнение в правдоподобности такого рода сведений, считается автор многих публикаций на охотничьи темы В. Н. Каверзнев. В 1933 г. появилась в продаже его брошюра о волках со специальным разделом, посвященным вопросу о нападении волков на людей. В этой брошюре В. Н. Каверзнев, иронизируя по адресу охотоведов Д. К. Соловьева и В. Я. Генерозова, уверовавших в опасность волков для людей, написал: "Должен сказать, что до революции каждую зиму писали в газетах о случаях нападения волков на людей и гибели последних. При этом жертвами хищников не только преимущественно, а почти исключительно являлись стражники да урядники. Можно было подумать, что волки предпочитают всему полицейское мясо. При проверке все сведения такого рода никогда не подтверждались". "Вот такие, - продолжал В. Н. Каверзнев, - газетные известия и непроверенные слухи ложились часто в основание дореволюционной статистики в той ее части, которую делали урядники, да волостные писаря. Так, по-видимому, ставились "с потолка" цифры о гибели людей от волков". А поэтому, резюмировалось в брошюре, "...приводимую В. Я. Генерозовым в этой области статистику приходится не только взять под сомнение, но и просто отвергнуть". (Каверзнев В. Н. Волки и их истребление.-М.: КОИЗ, 1933. 107 с.) В последующие годы это мнение стало господствующим, притом даже в научной среде. Но так получилось лишь из-за замалчивания и засекречивания директивными органами случаев нападения волков на людей. Полная же запретность публикаций на эту тему отвлекала внимание охотоведов от трагических явлений, порождаемых хищничеством волков. И только суровые обстоятельства, вызванные Отечественной войной, заставили отрешиться от благодушного отношения. Более того, нараставший страх от такого разбоя потребовал учреждения мало теперь кому известной комиссии Научно-технического совета Главохоты РСФСР, а нетерпимость людоедства предрешила необходимость принятия самых действенных мер по усилению борьбы с этими хищниками. Возглавил комиссию проф. П. А. Мантейфель, основатель кафедры биотехнии в Московском пушно-меховом институте (г. Балашиха), будучи аспирантом этой кафедры, я получил возможность ознакомиться с содержанием проекта первого решения комиссии по волчьему вопросу, лично составленного П. А. Мантейфелем в ноябре 1947 г. (копию его храню у себя до сих пор). В этом документе, оставшемся неизвестным научной общественности констатировалось: "В отдельных точках СССР волки нападали и пожирали детей до 14-летнего возраста в летние месяцы (июль - август), когда подросшие волчата требовали много корма, а сами нападать на животных были неспособны. Людоедами оказывались как дефектные (раненые, больные волки) и волчицы от выводков, так и здоровые. Некоторые из волков привыкли к человеческому мясу за время войны (Кавказ); нам известны случаи, когда ручные волки, ушедшие на свободу и одичавшие, становились людоедами. Нами зарегистрированы (но неполно) следующие области и пункты, где нападали волки на детей, а иногда и на женщин: 1920 г. - Воронежский уезд в Рамонском лесничестве - на женщину; 1935 г. - Куйбышевская обл., с. Кочетовка и Канеменки - на двух детей; 1935 г. - а Минской обл., Борисовском районе, близ с. Козлы и Зачастце - на двух детей; 1936 г. - в Минской обл., Любанском районе - на ребенка. В 1937 г. - в южной части Любанского района Минской обл. пострадало от волков более 16 детей, 1940 г. - в Домановическом районе Минской обл. - более 8 детей и несколько женщин, 1945 г. - в Грузии в Ахалканском и Бограновском районах были нападения на нескольких детей, 1945 г. - в станице Дагестанской Тульского района - нападение на нескольких детей, 1946 г. - в Воронежской области в Поленовском районе - нападение на ребенка, близ станции Бологое Октябрьской железной дороги волками утащены из интерната два ребенка, 1946 г. - в Людиновском районе Калужской обл. - нападения на 10 детей, 1947 г. - в Кировской области - нападение на 27 детей". Перечень этих данных завершался сообщением о том, что известны случаи нападения волков на детей в Горьковской и в некоторых других областях, а в указанных точках большинство детей, подвергавшихся нападению, были растерзаны.

В конце 50-х годов в связи с переводом ВНИИ охотничьего хозяйства и звероводства из Москвы в г. Киров я как сотрудник этого института оказался в вятском крае, где вскоре занялся охотой на волков в составе бригады охотников-волчатников, местных мастеров этого дела. Так в те годы, памятуя о документе, составленном П. А. Мантейфелем, мне представилась возможность более детально узнать, где, когда и как проявлялось людоедство волков на вятской земле. Приступив, таким образом, к изысканию достоверных фактов гибели людей от волков, я нашел понимание работников Кировской госохотинспекции в нужности этой работы. В инспекции мне были показаны донесения, акты обследований, заключения местных советских органов и другие относящиеся к этому делу материалы, не подлежащие в то время огласке. Позднее получил я письма с описанием очевидцами обстоятельств гибели людей. Вот подлинное содержание некоторых документов, с которыми мне пришлось ознакомиться.

"Прокурору Кировской области Государственному советнику юстиции 3 класса Набатову. От прокурора Черновского района Кировской области 2 класса Попова. Спецдонесение.

По вопросу хищного зверя.

1. По Черновскому району появилось и развелось большое количество зверя - волков, которые причиняют колхозам и колхозникам много вреда, имеется ряд случаев уничтожения скота, как рабочего, так и рогатого.

2. В ноябре, т. е. в настоящее время, имеются случаи следующие: 6/XI - 1944 г. в колхозе "Новая деревня" Александровского с/совета разорвали волки 8-летнюю девочку Перфилову, от которой не осталось ничего, кроме клочьев одежды. Факт произошел в 3 часа дня.

12/XI 1944 г. в 11 час утра в Б. Березовском с/совете в количестве 9 штук волков разорвали 14-летнюю девочку, у которой объели все мясо на конечностях. Данная девочка Мусинова Тамара Г. работала письмоносцем.

В сентябре 1944 г. в колхозе Ворошилова Бураковского с/совета один волк поймал у деревни мальчика полутора лет и понес в лес, но колхозниками мальчик был отнят, который остался жив. В то же время в колхозе "Гигант" Менделеевского с/сов, два волка набросились в поле на девушку 12 лет, на которой изорвали всю одежду. Данная девушка ходила за конем на пастбище.

19/XI-1944 г. в Б. Раменском с/совете на лесоучастке два волка разорвали девушку 16 лет Полякову Марию Кузмовну, которая шла вдвоем со второй сестрой, одна из них убежала в сохранности. Также имеется ряд случаев, где волки задерживают взрослое население. Меры принимаются следующие: создаются по сельсоветам группы охотников по уничтожению волков. Сделано до трех облав, но еще не убито ни одного хищника. Что и сообщаем Вам в своем спецдонесении.

Подпись: прокурор Черновского района Кировской области юрист 2 класса (Попов), 20/XI-1944 г.".

В числе документов, исходящих из отдела общего надзора прокуратуры Кировской области, имелось сообщение зам, прокурора области, старшего советника юстиции Звонарева на имя председателя Кировского облисполкома Н. И. Светлакова. В этом документе, зарегистрированном в исполкоме 2 октября 1950 г. за № 2584, отмечалось: "По сообщению районного прокурора в Лебяжском районе летом и осенью текущего года было несколько случаев нападения волков на малолетних детей. Так, в августе с. г. в колхозе им. Горького похищена волками 6-летняя девочка Дудорова Зинаида, в колхозе "Красный пахарь" Окуневского с/совета - 3-летняя девочка Путинцева Пелагея. В июле с. г. в дер. Власово Елизаровского с/совета похищена волками девочка Дудорова Нюра 4 лет и в дер. Гранники Васильевского с/совета похищен мальчик Хорошавцев 4 лет".

Сообщая об этом, писал Звонарев, "прошу Вас дать указание Управлению по делам охотничьего хозяйства при исполкоме облсовета об усилении борьбы с волками в Лебяжском районе".

К тому времени в Управление охотничьим хозяйством области поступило немало сообщений подобного рода. В числе первых было письмо зам. начальника УНКВД Кировской области полковника милиции Наймушина следующего содержания: "За последнее время имеют место случаи на территории Немского и Кырчанского р-на нападения волков на людей. А именно 29/IV-1945 г. в 10 час дня на территории колхоза имени Тельмана Рудаковского с/с Кырчанского р-на в 30 метрах от конного двора волком была схвачена Бердникоаа Мария Петровна 17 лет, зверь задавил ее насмерть и труп утащил в лес.

1 мая 1945 г. в дер. Мамаевщина Васильевского сельсовета Кырчанского р-на волк напал на детей. Схватил 6-летнего мальчика Горева Ивана и понес его в лес, но это было обнаружено колхозником, которым была организована погоня за волком, последний мальчика Горева бросил с незначительными укусами, мальчик Горев остался жив.

Днем 8/V-1945 г. вблизи дер. Шиляево Кривельского сельсовета Немского р-на была схвачена волками 4-летняя девочка Молчанова Римма Федотовна, труп которой в тот же день был найден колхозниками в 500 метрах от деревни на опушке леса с выедением мягких мест на ногах.

Что сообщается Вам для сведения, принятия мер и организации бригад охотников".

При этом документе сохранился акт от 30 апреля 1945 г., составленный следующим образом: "Я, зам. начальника роНКВД, лейтенант милиции Анохин в присутствии медицинского фельдшера Рудаковского медпункта Прутовой, председателя колхоза им. Тельмана Горева произвели наружный осмотр трупа девочки Бердниковой Марии Петровны в возрасте 17 лет, происходит из деревни Голодаевщина Рудаковского с/совета Кырчанского района. При осмотре трупа обнаружено нижеследующее:

1. Голова (череп) - повреждена, видна открытая рана, также шейные железы перекусаны, на шее большая рана.

2. Мышцы левой половины ягодицы повреждены, нанесены большие раны. В области левого бока имеется большая рана с выпадением кишок, а также и весь труп обнаружен в повреждениях, имеется много кровоподтеков на животе и груди. О чем и составили настоящий акт. Подписи: Анохин, Прутова, Горев".

Следует сказать, что первые документы о трагедиях в области, вызванных хищничеством волков, были доведены до сведения аппарата Управления по делам охотничьего хозяйства при Совнаркоме РСФСР. Главное управление за подписью его бывшего начальника отдела охоты П. Чугунова под грифом "Весьма срочно" в феврале 1945 г. за № 6201 направило а ответ Кировскому облохотуправлению следующее любопытное предписание.

"На № 16 от 2.02.45. Случаи нападения волков (не бешеных) на людей - крайне редки, причем они могут совпадать только с периодом острой бескормицы, т. е. относиться ко 2-й половине зимы.

Между тем все перечисленные в спецдонесении случаи произошли в ноябре, когда имеется вполне достаточное количество кормов в виде диких и домашних животных.

Далее: если в какой-то мере возможно допустить предположение о нападении волков на людей-одиночек, совершенно невероятным представляется случай нападения на 2 взрослых девушек (Полякова М. К.).

Имея в виду изложенное - предлагаем:

1. Создать комиссию из специалистов-охотоведов, которой надлежит выехать на место, всесторонне выяснить обстоятельства, перечисленные в спецдонесении, и дать свое заключение.

2. Установить - не были-ли перечисленные в спецдонесении случаи нападения на людей нападением бешеных волков. В частности, как чувствует себя девушка из колхоза "Гигант", подвергшаяся нападению волка, когда ходила на пастбище за конем. Не заболела ли она бешенством.

3. При каких обстоятельствах погиб письмоносец Мусинова Т. Не было ли при ней в момент гибели денежных сумм, обусловивших грабеж с убийством и последующим отнесением гибели за счет нападения волков.

Независимо от изложенного выше предлагаем мобилизовать местное население и организовать массовые облавные охоты в местах происшествия, возглавить руководство этими облавами и вообще принять все необходимые меры для уничтожения хищников.

О принятых мероприятиях и полученных результатах сообщайте письмом не реже 1 раза в 2 недели".

Во исполнение этого предписания Кировское облохотуправление в июне 1945 г. командировало начальника отдела охоты Г. П. Каменского в Кырчанский и Немский районы для расследования фактов нападения волков на людей. По результатам этой командировки сохранилась подробная информация Г. П. Каменского, в которой, в частности, сообщалось: "Все сообщенные факты, к сожалению, подтвердились целиком и полностью и не вызывают никакого сомнения в части их правдоподобности, т. к. все они обнародованы и зафиксированы соответствующими органами. Протоколы опросов, заявления пострадавших родственников, акты медицинской экспертизы и прочие документы находятся в органах НКВД. Согласно материалам расследования, нападения волков произошли при следующих обстоятельствах.

В дер. Голодаевщина Рудаковского с/совета Кырчанского района нападение волка на Марию Бердникову хотя и вызывало некоторые сомнения в способности волка протащить тело 17-летней девушки, но, как свидетельствуют показания врача и соседей-колхозников, девушка в своем физическом развитии значительно отставала и имела очень слабую конституцию тела, была крайне истощена на почве длительного голодания, так что по внешнему виду выглядела 12-летним подростком.

29 апреля Мария Бердникова со своей сестрой Апполинарией собирала колоски в 30 м от конного двора. Так как лес в этом месте примыкает непосредственно к деревне, то и приближение волка было замечено в последнюю минуту, когда бежать было уже поздно. Как показывает сестра, Маруся не успела даже подняться на ноги, как была схвачена за горло, сидя на корточках. На крики их с конного двора выбежали люди. Несмотря на их приближение, волк несколько раз поднимал тело Маруси и бросал с силой о землю, срывая с нее одежду. Первой подбежала конюх Пашкина М. К., но волк угрожающе кинулся к ней, когда она приблизилась на 10-20 метров. В это время подбежали остальные люди, и волк потащил тело Маруси в лес. Несмотря на то, что ему бежали наперерез, волк успел протащить тело до леса метров 150-200 и перескочить через плетень высотой выше метра. Труп был обнаружен в нескольких метрах от опушки леса со следами следующих ранений: горло прокушено, на шее рваная рана, вырван бок у основания бедра с выпадением кишок, вырваны мышцы ягодицы и все тело в кровоподтеках и ссадинах. Когда колхозники понесли труп, то волк вышел из-за кустов и спокойно следовал за ними по пятам до самого края деревни, мало обращая внимание на крики людей. В течение этого дня волк подходил к деревне еще несколько раз, но т. к. во всей деревне нет ни одного ружья, то поэтому волк и остался безнаказанным. На другой день на этом же месте волк унес ягненка..."

Далее в информации следовало описание подробностей нападения волков на других детей, что, в сущности, явилось проверкой сообщения полковника милиции Наймушина в облохотуправление. Завершалась эта информация уведомлением о том, что было предпринято по мобилизации населения для уничтожения волков. Предпринималось даже в условиях тех лет немногое. Так, к примеру, по Немскому району для решения такой задачи мобилизовали 10 человек на борьбу с волками, ввели патрулирование дорог и закрепили за охотниками постоянные участки. Для этого раздали охотникам и пастухам 16 дробовых ружей из числа конфискованных НКВД, 2 кг пороху и 6 кг дроби, 1 боевую винтовку и 30 боевых патронов к ней. Провели обследование территории по розыску гнезд, что, однако, как было отмечено в информации, практических результатов не дало.

В вятских лесах назревала критическая обстановка. Сообщения о хищничестве волков не прекращались. Список районов, где они нападали на детей, увеличивался. Сигналы об этом поступали в различные инстанции от разных должностных лиц. Так, в частности, в августе 1948 г. главный зоотехник Даровского района Н. Соколов извещал управление животноводства облсельхозотдела, "...что участились случаи хищения овец волками из овчарни и пастбищ... За июль - август в Тороповском сельсовете волки утащили 9 детей в возрасте 7-12 лет. Вести борьбу с волками колхозы не имеют возможности, т. к. нет оружия и припасов..." В июле 1949 г. зам. начальника УМВД по Кировской области подполковник милиции Карлин поставил в известность облохотобщество, что 2 июня 1949 года в 15 часов в кустах на расстоянии 300 метров от дер. Столбово Петропавловского с/совета Советского района был обнаружен труп девочки Халтуриной Антонины Яковлевны 10 лет, проживающей в дер. Столбово. Девочка в этот день ушла за ягодами и была задавлена волком. "С июня, - писал Карлин, - волки в соседних деревнях похитили две овцы. До этих случаев появления волков здесь не замечалось".

Последнее сообщение о нападении волков на детей, документированное отделом милицейской службы управления милиции УКГБ Кировской области, поступило лишь в 1952 г. В этом сообщении было засвидетельствовано, что в Оричевском районе в июне - августе от волков пострадало 6 детей, двое из которых были умерщвлены.

Как уже отмечалось, помимо официальных документов, свидетельствовавших о вышеописанном хищничестве волков, были еще и письма очевидцев этих трагических явлений. В числе их примечательно письмо от пенсионерки Кононовой Зинаиды Степановны (г. Халтурин Кировской обл., ул. Воровского, 40), поступившее в редакцию газеты "Кировская правда" и направленное в мой адрес 15 октября 1975 г. Вот его дословное содержание. "Уважаемые товарищи! Много интереса вызывают разговоры о волках, что они никогда не нападают на людей. В жизни я видела такой случай, которому до сих пор не могу найти объяснение. Это было вскоре после окончания войны. Я работала учительницей Русаковской школы Халтуринского района. В нашем районе появились интересные волки. Они не трогали домашних животных, которые паслись в поле (был август - сентябрь). Волки нападали на детей. Они съели двух учащихся 4-го класса и девочку-дошкольницу. Нападали они не ночью, а днем. Однажды я пошла с беседой в дер. Чернядьевы. Смотрю, колхозники бегут в лес с палками, вилами. Я побежала с ними. Около леса на полосе вытеребленного льна кровавое пятно и от него в лес кровавый след. След вел в такой густой можжевельник, что через него, кажется, не может пролезть ни одно животное. На ветке окровавленный платок. За кустами полянка и на ней лежит Нюра. Глаза широко раскрыты и застыли в ужасе, шея окровавлена, грудная клетка не тронута, а ниже грудной клетки все мясо обглодано и белеют только одни кости... Нюра с матерью теребила лен, когда из леса вышли два волка. Один направился к Нюре, а другой к матери. Мать схватила сноп и начала защищаться, тогда и второй волк направился к Нюре. Она побежала, но, запнувшись, упала, волки схватили ее и утащили в лес. Дошкольницу две девочки-подростки вели за руки, они шли на ток вблизи деревни. Из посевов ржи выскочил волк, схватил малышку и утащил, старших девочек не тронул".

Цитируя это письмо, нелишне будет сказать, что по ознакомлении с ним я обратился к 3. С. Кононовой с просьбой документально подтвердить гибель названных школьников, на что получил от нее следующие данные Халтуринского ЗАГСа по регистрации смерти:

1. Фокин Вениамин Алексеевич. 11 сентября 1947 г. (13 лет).

2. Михеева Анна Семеновна. 13 сентября 1947 г. (16 лет).

В 1975 г. известный в области, ныне покойный, егерь-волчатник Кировской госохотинспекции М. П, Кинчин передал мне запись обстоятельств, сделанную им со слов преподавателя педагогического института Е. М. Исуповой (девичья фамилия Туева), при которых волки загрызли ее родную сестру Туеву Светлану 8 лет, ученицу первого класса. Это случилось в Явлинском районе Зыковского с/совета близ д. Зыково 17 ноября 1948 г.

В первом часу дня Светлана и еще две девочки шли из школы и догнали по дороге мужчину. Не доходя до деревни примерно полутора километров, они увидели на лугу 6 волков. Мужчина бросился бежать. Светлана пыталась от него не отставать, но мужчина залез на дерево и не слез с него, когда волки схватили девочку. Звери утащили Светлану с километр от места нападения в лес, где и нашли ее, всю обглоданную. Две ее подружки в тот же день благополучно вернулись в школу...

Эту запись М. П. Кинчин дополнил фразой: "Евгения Максимовна Исупова помнит хорошо еще несколько случаев гибели детей от волков, которые у нас в ГОИ не учтены".

Вот эти и многие аналогичные сведения, поступившие из ряда других областей, позволили мне в книге о волке обрисовать опасность этих зверей для людей, что, собственно, и составляло мой долг охотоведа. Содержание книги привлекло внимание охотников и специалистов охотничьей отрасли, а в 1987 г. главы ее о вредной деятельности волков в сельском и охотничьем хозяйствах и об опасности волков для людей получили известность в Швеции и Норвегии в переводе доктора философии Элиса Полссона (Эльмхульт, Швеция). Перевод был опубликован Норвежским департаментом по управлению дикой природой. Вышел он в свет в информационном бюллетене № 30 за 1987 г. отдельной 60-странич-ной брошюрой с комментариями и пояснениями переводчика и озаглавленный так: "Поиски пищи волком и его конфликты с человеком". Появление за рубежом этой брошюры взбудоражило скандинавскую организацию, выступающую в защиту животных, особенно тот состав ее, который объединен под девизом "Хищные животные - наши животные". По личному сообщению Элиса Полссона, в названной организации насчитывается примерно тысяча членов в Норвегии и полторы тысячи в Швеции, среди которых выделяется группа "Друзья волка", стремящаяся к возрождению скандинавской популяции этого хищника. "Друзья волка" - влиятельная организация в Скандинавии, о чем можно судить по заметке хельсинкского корреспондента "Правды" Ю. Кузнецова "Стрелять ли волка?", опубликованной в номере газеты за 1 августа 1988 г. В заметке сообщается, что члены этой организации потребовали наказать норвежского фермера из Хедмарка за отстрел волка, причинившего в округе в горах у границы со Швецией изрядный ущерб скоту. В защиту фермера активно вступились норвежские овцеводы, требуя, чтобы его поступок остался без последствий, хотя двумя годами ранее шведский фермер за то же самое был наказан судом. Естественно, что в такой обстановке актив "Друзей волка" тотчас выступил с протестом по поводу распространения бюллетеня № 30. От - имени организации "В защиту животных" министру охраны природы Норвегии было написано письмо с требованием наказать шефа дирекции управления природой, а в редакции информационного бюллетеня - лицо, содействовавшее изданию "крамолы на волка" в переводе Элиса Полссона. В результате дирекция управления дикой природой прекратила выпуск этого бюллетеня. В свою очередь, норвежское агентство печати Norsk telegram-buro разослало телеграммы во все газеты Норвегии, возбудив общественный интерес к вопросу о волке. Многие газеты посвятили этому "делу" специальные сообщения, отдельные из них зачитывались по норвежскому радио и телевидению. Газета города Осло "Национен" открыла дискуссию по этому вопросу, опубликовав статьи под следующими примечательными заголовками: "Ученые-специалисты по волкам распространяют пропаганду страха" (в номере за 30 июля 1987 г.), (Изучение хищников на неправильном пути", "Понимают ли русские биологию", "Наука и политика в СССР" и др. (в номерах за 18, 21, 24, 26 августа 1987 г.).

В первых статьях на эту тему основное внимание их авторы уделили опровержению сведений о том, что волки могут быть опасны для людей. Подчеркивалось, что опубликованные в бюллетене материалы русского автора книги "Волк" не основываются на научной работе, а "носят сильную пропагандистскую направленность". Так, в пространной статье "Наука и политика в СССР" (в номере за 26 августа 1987 г.) зоолог Poop Солхейм в назидательном духе писал: "Закрыть глаза на то, что русские специалисты по волкам могут приспособиться к официальной советской политике управления, наивно и аморально".

Каким в итоге оказался характер и в чем заключалась особенность дискуссии, возникшей среди скандинавских зоологов по поводу статуса волков, пояснил секретарь посольства СССР в Норвегии А. Шарапов. В его информации в январе 1988 г., направленной через отдел по охране природы Гос-агропрома СССР в мой адрес, было отмечено, что, "как стало известно норвежскому совпосольству, в последнее время эта дискуссия заметно оживилась, и поводом для этого послужило появление в Норвегии на норвежском языке двух советских изданий, посвященных этому вопросу: материалов научного симпозиума о поведении волков (Москва, 1980) и сокращенного перевода Вашей книги".

Главным образом появление последней публикации вызвало острую реакцию различных норвежских организаций, объединяющих многочисленных "друзей хищников". Один из тезисов советских материалов о том, что волк может представлять угрозу для человека, был объявлен совершенно несостоятельным, советскую биологию в целом обвиняют в полном отсутствии компетенции. Под нажимом этих организаций было остановлено дальнейшее издание советских публикаций в Норвегии. В заключение этой информации сообщалось, что "...рядом норвежских ученых эта критика воспринимается как парадоксальный перегиб, но в силу напористости "друзей хищников" общий результат дискуссии, к сожалению, складывается в пользу последних".

волки-людоедыСтоль своеобразный исход дискуссии был предопределен, как мне представляется, еще одним обстоятельством. О нем мне стало известно из письма Элиса Полссона от 02.09.88, приславшего во ВНИИОЗ публикации моих статей по волчьему вопросу в норвежском журнале "Охота и рыболовство" (№ 7 за 1988 г.), озаглавленных "Советские ученые и специалисты по волкам отвечают на скандинавскую критику". Надо сказать, что этот журнал, так же как и норвежский Союз охотников и рыболовов, одобрил переводы Элиса Полссона. Более того, судя по содержанию статьи Н. Арнберга, "Друзья волков не хотят знать, дебаты о волках продолжаются", опубликованной в газете "Национен" за 21 августа 1987 г., руководство Союза пожелало приобрести его ранние переводы советского сборника "Поведение волка" и хотело бы иметь полный перевод обсуждаемой книги "Волк".

Так вот, подтверждая публикацией моих статей позицию журнала "Охота и рыболовство", Элис Полссон сообщил в письме, что норвежский защитник волков Роар Солхейм навестил в Москве проф. Д. И. Бибикова с тем, чтобы лично узнать его мнение об опасности волков. У него же Роар Солхейм познакомился с другим ученым из ИЭМЭЖ им. А. Н. Северцова Н. Г. Овсянниковым. Результаты своего визита Солхейм опубликовал в ряде газетных статей, отметив в них, что "все они согласились друг с другом по вопросу о том, что ни в одном из русских документов нет указания на то, что волки убивали людей".

С этим же письмом Полссон прислал статью Вигго Рее, сообщив, что он - художник, близкий друг Солхейма, фанатичный "волколюб" и что в этой статье, опубликованной в газете Ost-lendingen за 18 и 19 июля 1988 г., Рее представил меня как "престарелого человека", хорошего охотника и мастера рассказывать "о том, о сем". Однако, что более существенно, статья Вигго Рее, озаглавленная "Гласность в дебатах о волке - подведение итогов", содержит раздел со следующей информацией для скандинавских читателей: "...существенным пунктом в этом деле является то, как сами специалисты по волкам в СССР оценивают обсуждаемую ситуацию. Для получения ясности в этом вопросе норвежский зоолог Роар Солхейм вместе с другими лицами посетил весной Москву. Вот как просто можно все сделать, если желаешь установить контакт с русскими учеными. Солхейм был приглашен ведущими русскими специалистами по волкам, проф. Бибиковым и другими экспертами. Важно отметить, что после этой встречи статьи Солхейма, профессионально показавшие несостоятельность русских биологических исследований, были в основном поддержаны советскими учеными".

В этой статье мы еще раз показали полную состоятельность "русских биологических исследований" и полную несостоятельность тех наших ученых, которые, плохо зная отечественную литературу, ввели в заблуждение зарубежных исследователей.

Забывать, каким в действительности был волк в далеком и недалеком прошлом и каким он снова может стать при неправильном отношении к нему, будет не только грубой, но и опасной ошибкой, таящей большую беду.

М. Павлов

"Охота и охотничье хозяйство № 4 - 1989 г."


главная новости база охотнику оружие газета "РОГ" фото каталог собаководство рыбалка


k®k 2002-2012 Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100