Калининградский охотничий клуб


Часы


На Козловском валу нас сидело двое - я и еще один охотник и завзятый рыболов. Был тихий теплый вечер. Радостно, покойно было на душе, и мы вели неторопливую беседу.

- Есть у меня одна вещица - цены ей нет, - сказал мой собеседник и вынул из нагрудного кармана серебряные часы на массивной витой цепочке. - Часы эти особенные, с секретом. Вот смотрите.

Откинув обе задние крышки, он передал их мне. То, что я увидел, и изумило, и рассмешило меня. На второй крышке часов, прикрывающей механизм, качалась фигура рабочего в синей блузе с засученными рукавами и дубиной в руках. Фигура приводилась в движение от внутреннего механизма. Рабочий то поднимал дубинку, то опускал ее на голову царя Николая. При каждом ударе дубинки царь дрыгал ногами и закатывал глаза. У ног валялась корона.

На внутренней стороне первой крышки я прочел надпись: "В память о Первом Мае 1912 года от признательного "Кудрявого".

- А кто это "Кудрявый"?

- Товарищ, которого мы, охотники, спасли от рук жандармов. - Надо полагать, что это не фамилия, а его партийная кличка. Видите, слово "Кудрявого" поставлено в кавычках, а подлинная фамилия его не известна.

- А где он находится в настоящее время? Жив?

- Не могу ничего сказать. Не знаю. Передали мне эти часы с письмом, в котором "Кудрявый" благодарил меня за спасение и просил принять его скромный подарок.

- Расскажите, как же все это произошло.

- Ну, что же. Время у нас есть, а вспомнить еще раз тот случай мне приятно, - просто согласился мой собеседник.

- Извольте слушать историю почти полувековой давности.

Каждый год, как только вода в реке начинала убывать и по поймам остаются длинные протоки, для меня начинался сезон. Тут уже дома ничем не удержишь. Был у меня и приятель. С ним мы и пропадали днями на охоте.

жандармыСтояли последние дни апреля. Собрались мы, погрузили в лодку пожитки и поплыли. С утра выехали. Теплынь. Жаворонки в небе заливаются. Вода на солнце серебром блестит... Остановились против заводи, на взлобочке лагерь свой оборудовали. Повезло нам в этот выезд, ну прямо удивительно. Настреляли дичи, рыбы наловили и забеспокоились, как бы добыча наша не испортилась, потому что очень тепло стало. Решили - кому-то из нас домой нужно отправляться, отнести дичь и улов. Бросили жребий. Вышло - ехать моему приятелю.

В полдень нагрузился мой напарник кошелками и пошел в город. Ружье и прочие доспехи оставил, конечно, и к вечеру обещал обратно быть.

Проводил я товарища, запас на ночь дров, пообедал, сел у костра, любуюсь природой. Немного уже и задремал было под шум деревьев и вдруг слышу - бежит кто-то лесом быстро, быстро и прямо на нашу стоянку. - "Кто бы это мог быть? - думаю - уж не приятель ли мой? Да нет, чего ему бежать?" Через минуту все разъяснилось. Передо мной стоял запыхавшийся человек с приятным интеллигентным лицом, на вид лет тридцати. Одет он был в темного цвета суконное пальто с бархатным воротником, на ногах ладно сшитые шагреневые сапоги, в руках он держал маленький чемоданчик из желтой кожи и фуражку. Увидев висевшие на сучьях доспехи - ружья, патронташи, на берегу вверх дном лодку, незнакомец, очевидно, понял - в общество кого он попал.

- Вы охотник? - спросил он, я ответил утвердительно.

- Ну, раз охотник, значит свой брат. Я тоже люблю это дело. Он прислушался. - За мной по лесу на конях гонятся. Не понимаете? От жандармов бежал. Сегодня ведь Первое Мая и здесь неподалеку была массовка, человек пятьдесят товарищей собралось. Проклятые гончие в синих штанах пронюхали, окружили, кое-кого, кажется, задержали. Остальные разбежались, вот и я... Каждую минуту могут сюда нагрянуть. Спасение одно - перевезите меня вот хотя бы на тот островок, обросший кустами. До темноты просижу, обратно перевезете - скроюсь...

Я понял его и говорю:

- Может еще сюда и не заглянут ваши преследователи. Просьбу вашу я исполню, можете на меня положиться.

Только мы успели схватиться за борта лодки, как гость мой выпрямился, прислушался:

- Поздно. Скачут проклятые. Слышите...

Действительно, мы ясно услышали цоканье лошадиных копыт. Я приподнял край опрокинутой лодки и взглянул на своего гостя. Он понял меня без слов, быстро нырнул под днище, захватив с собой свой чемоданчик. Опуская борт лодки, я успел шепнуть: - Рискнем... Будет, что будет, лучшего не придумаешь...

Топот приближался. Меж деревьев мелькали фигуры всадников. Я схватил стоявшую в стороне банку с варом, сунул ее на тлеющие угли костра, поднял валявшийся обрывок пакли и принялся конопатить щель между бортовыми досками лодки.

Вскоре из-за деревьев показались ехавшие крупной рысью трое верховых. Впереди скакал на белом в яблоках иноходце всадник с серебряными погонами жандармского ротмистра. Следом за ним двое жандармов, вооруженных кавалерийскими карабинами, шашками и револьверами. Они круто осадили лошадей почти перед самым костром. С удил разгоряченных коней белыми клочьями падала пена. Жандармы мгновенно спешились, офицер остался в седле.

- Э-э... Что тут за человек? Что здесь делаете? - резким голосом спросил ротмистр.

- Охочусь и рыбу ловлю, - ответил я, стараясь сохранить полное спокойствие. Офицер подозрительно покосился на висевшие ружья, сумки, сеть.

- Почему два ружья... Еще с вами кто?

- Нас двое. Приятель ушел домой в город за продуктами, да кстати рыбу отнес, жарко стало, испортится.

- Прошу предъявить документы.

Я достал из нагрудного кармана охотничий билет с фотокарточкой. Офицер натянул на нос болтавшееся на шнурке пенсне и, крутя свой рыжий ус, долго, внимательно рассматривал мой документ и, не найдя, очевидно, ничего подозрительного, держа двумя пальцами, возвратил мне билет.

- Не проходил ли здесь кто, приблизительно полчаса тому назад? Человек в черном пальто?

- Нет.

Ротмистр поднялся на стременах, достал из кармана брюк платок и стал вытирать вспотевшую шею.

- Ваше благородие, - прикладывая руку к козырьку, обратился к офицеру один из жандармов: - Нужно бы коней напоить, да пофуражить малость!

- А ты прав, Цебратенко. Вы, господин охотник, надеюсь разрешите нам немного передохнуть?

- Милости прошу, располагайтесь как дома, - разыгрывал я любезного хозяина.

Офицер уселся на пенек, достал из серебряного портсигара папиросу, закурил. Я снял с углей давно уже растопившийся в банке вар и вторично принялся заливать щели лодки.

- Воду пропускает ваш броненосец? - спросил ротмистр.

- Немного течет. Надо починить. Неприятно, когда вода в лодке.

Вар в банке кончился и нужно было что-либо придумать, чтобы отвлечь внимание жандармов. "Ага - есть! Угощу-ка я его благородие ухой!"

- Господин офицер! Не побрезгайте отведать рыбацкой ушицы. Замечательная уха, да и рыбка в ней положена первый сорт. Перец и лимонная корочка, сухарики и лаврушечка. Все, как полагается!..

- Уха! Это превосходно! С полным удовольствием. А у меня к ухе найдется и кое-что существенное. Эй, Федорчук! Достань-ка, братец, из моей левой переметной.

Федорчук, козыряя, передал ротмистру порядочный сверток, из которого были извлечены бутылка коньяку, водка, бутерброды с колбасой, несколько моченых яблок.

- Ваше благородие, - козырнул Федорчук. Здесь вам будет неудобственно кушать. Разрешите, я принесу с Изумруда седло? На лодку попону положим, сверху бумагу, вроде стола получится, а седло вместо стула приспособим.

- Хорошая мысль!.. Валяй!

Меня как током ударило от этого дурацкого предложения, но я сдержал себя и даже поддержал "хорошую мысль" жандарма. Седло было принесено. На днище лодки разостлали попону, накрыв ее сверху газетой. Я принес и поставил дымящийся котелок с ухой, ложки, стаканы, хлеб.

Ротмистр вскрыл бутылки, разложил закуску, уселся на седло и, наполнив стаканы вином, пригласил меня величественным жестом руки:

- Прошу покорно!

Пришлось пить. Его благородие с большим аппетитом уничтожал мою уху, расхваливая ее на все лады, то и дело подливая себе в стакан новые порции коньяку.

- Цебратенко! Федорчук! Марш сюда! - скомандовал ротмистр.

Он наполнил два стакана водкой, положил на каждый сверху по бутерброду и сам подал их подбежавшим подчиненным.

- Покорнейше благодарим, ваше благородие!

Закусывая на ходу, Цебратенко и Федорчук направились на свое место под сосны, где были привязаны лошади.

Наконец "начальство" поднялось, заметно пошатываясь и что-то весело насвистывая, закурило папиросу. Широко расставив ноги, ротмистр помутневшими глазами уставился на лодку.

"Уж не догадывается ли он о чем-нибудь?" Волнение мое усилилось, когда он вдруг вынул из ка-буры "наган" и крикнул:

- Федорчук! Поставь бутылки вон на те пни, я их сейчас каждую с одного выстрела разобью.

Подлетевший жандарм выполнил приказание. Офицер с видом знатока осмотрел револьвер, выпятил грудь вперед и стал прицеливаться. Рука его заметно дрожала, на кончике носа блестела капелька пота. Вся его фигура была довольно комична. Раздался выстрел.

- Вдребезги! Вот как у нас, - крикнул стрелок.

- Никак нет-с, ваше благородие! Кажись, малость обнизили. Стоит бутылка, - доложил стоявший рядом жандарм.

- Не может быть! Вот черт возьми. Правда, стоит. Ну я ее сейчас!

Ротмистр выпускал в стоявшие как ни в чем не бывало бутылки пулю за пулей и все мимо.

Расстреляв все патроны, "снайпер" со смущением осмотрел револьвер, даже зачем-то заглянул в ствол и, пряча оружие в кабуру, оправдывался:

- Слишком жирно смазан был, черт возьми!

Я снял с сучка свою бескурковку и предложил жандармам подбросить в воздух обе бутылки.

- Только бросайте одновременно и повыше, - предупредил я.

И бутылки, сверкнув на солнце, взвились ввысь, но, пораженные дуплетом, тут же разлетелись на мелкие осколки.

рисунок...Часа два уже прошло со времени пребывания синештанников в нашем лагере. Что же должен был испытывать под лодкой за это время мой гость, лежа на сырой земле, ежеминутно рискуя быть обнаруженным и арестованным. "Как бы мне их выжить поскорее? - думал я.

- А который теперь час, ваше благородие? - спросил я.

- Черт возьми! Полчаса пятого, мы так опоздаем к сбору!.. Федорчук! Седлать Изумруда.

"Слава тебе тетереву", обрадовался я. "Давно бы вам пора убираться восвояси!" Жандармы подвели отдохнувших коней. Ротмистр подошел ко мне.

- Разрешите, господин охотник, поблагодарить вас за привет и угощение.

Он протянул мне два пальца, жандармы по-военному отдали честь. Все вскочили в седла и поскакали по направлению к городу. Водворилась тишина.

Выждав некоторое время, я приподнял край лодки. Гость мой лежал на боку и весело улыбался. На фуражке, лежащей рядом, поблескивал небольшой, изящный браунинг. В руке он держал совершенно мокрый носовой платок.

- Фу, дьявол их возьми! Думал, что не пронесет! - говорил гость, вылезая из-под лодки и пряча в карман брюк пистолет. Едва-едва не раскашлялся. Я уже платок себе в рот засунул. Был такой момент, чувствую, что давлюсь, не выдержу, першит в горле да и все. Однако пистолет наготове держу. Но все обошлось благополучно, и я сердечно вам признателен.

Он крепко пожал мне руку.

- Скажите, вы не голодны? Я сейчас изготовлю для вас ушицу, через минут двадцать будет готова, - предложил я.

- По правде сказать, не откажусь. Сегодня с утра ничего не ел. Давайте я вам помогу чистить рыбу, схожу за водой, или костер разожгу? Все это привычное для меня дело!

Мы вместе быстро занялись стряпней. Во время нашей трапезы он рассказал мне, что был прислан из центра специально для проведения первомайской массовки и для раздачи революционной литературы, что он уже два раза бежал из тюрьмы и один раз с каторжных работ, куда был сослан как участник баррикадных боев в Москве.

- Ну, мне пора! Разрешите узнать ваше имя, отчество и фамилию. Я всегда буду с благодарностью вспоминать о вас за то, что вы для меня сделали сегодня.

Он приблизился ко мне и вдруг, обняв, поцеловал меня в губы. Мы крепко пожали друг другу руки. Я долго стоял и смотрел, пока он совсем не скрылся за деревьями. Вот и вся история!

Мы сидели некоторое время молча, погруженные каждый в свои думы. Смеркалось.

- Ну, а тот человек, от которого вы получили часы и письмо, не был ли сам товарищ Кудрявый?

- Вот в том-то и штука, что это был не он. Я бы его узнал сразу. Очевидно, передача была поручена другому лицу. Могу сказать только одно, что это был смелый и больших дерзаний человек.

Н. Богословский, С. Прокофьев

"Охота и охотничье хозяйство № 5 - 1960 г."


главная новости база охотнику оружие газета "РОГ" фото каталог собаководство рыбалка


k®k 2002-2012 Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100