Калининградский охотничий клуб


В светлом ущелье


охота на барсаИх было пятеро. Всем им - промысловику Трофимычу, двум демобилизованным воинам братьям Жарковым, барсолову Сизых и отличному стрелку Ивану Николаевичу - хотелось добыть снежного барса. Но капканы, расставленные на хищников в отрогах Тянь-Шаня, второй день пустовали. За это время охотники настреляли немного мелкой дичи, а вот поймать зверя или орла им так и не удалось.

- Седлать коней! - скомандовал Иван Николаевич. - Подадимся в глубину светлого ущелья.

Охотники спустились в Иссык-Кульскую долину. Как неизмеримая пиала, она до краев была залита яркими лучами октябрьского солнца. Вдали смутно обозначились очертания Пржевальска.

На нижних, склонах гор всадники увидели кустарник в золотом наряде листвы. Выше его, на уступах, будто часовые стояли могучие ели. В небе проплывали караваны облаков и неприступный Хан-Тенгри, врезаясь в них ледяным клыком, купался в потоках солнечного света.

К ущелью вела узкая тропа. Охотники ехали гуськом. Внизу мчалась река. Ударяясь о глыбы валунов, она подбрасывала к утесам сверкающие брызги. Но ее шум не доносился до слуха всадников. Кругом царило безмолвие. Временами было слышно попискивание невидимой птички зорянки. Над вечным ледником кружили грифы.

На выбранном месте охотники пустили лошадей только под вечер. И сразу же у всех нашлись дела: братья Жарковы принялись готовить ужин, Трофимыч насобирал кучу валежника маслянистой арчи, а Иван Николаевич и Сизых с капканами уехали к леднику.

Ужин был поздним, при свете костра.

Охотники ели вкусное мясо кекликов в жареном и вареном виде. На второе были тетерева, приготовленные в нагретой земле, под жарко пылающим костром. Выпотрошенных птиц в оперении обмазывали круто замешенной глиной, соль, лук и перец набивали внутрь. Затем их складывали в свежевырытую яму, засыпали землей и на этом месте разводили огонь. Спустя часа три птиц вынимали. Окаменевшая глина снималась вместе с перьями и пухом.

Неожиданно наступила ночь. Тут же, на густой траве, охотники и заснули.

* * *

Лежа в спальном мешке из бараньих шкур, Иван Николаевич видел, как шло рождение пламенеющего дня. Из-за горного хребта показался край ликующего солнца. Засверкал островерхий ледник, по кряжестым и голым вершинам, по еловому лесу и недоступным скалам стремительно побежали тени. В коричневые, серебристые, лазоревые, желтые, темно-зеленые, лиловые тона окрашивалось все вокруг; с притоком света тона переливались, трепетали, менялись в холодном и неподвижном воздухе.

Слегка пощипывал мороз. К еле уловимому шуму реки прибавился настойчивый и все усиливающийся переклик голосистых кекликов и писк зорянок. Над ущельем к поднебесью взмыл орел, высматривая добычу. В скалах проснулись бесчисленные стаи диких голубей. По увалу, в заросли кустарника прыгнул стройный марал; четко выделяясь на заснеженном склоне, ему пересекли дорогу две косули. На гребне отвесной скалы точно застыл архар - горный баран с закрученными, как штопор, рогами. Все ниже и ниже под ним спускалось необозримое море радостного света, утро становилось все яснее и яснее. На хвойном уборе елей, ровных, как мачты кораблей, солнце принялось усердно плести кружево из разноцветных лучей; речная вода заблестела, будто в нее кто-то щедро бросал серебряные монеты.

Иван Николаевич вылез из мешка и весело крикнул:

- Встаем, друзья!

Скоро вместе со всеми охотниками он пошел проверять капканы с ослабленными пружинами. Они были поставлены на барсов и орлов-ягнятников, которые гнездятся в самых недоступных местах.

Из девяти капканов пустовали восемь.

- Кто вниз? - обратился Иван Николаевич к притихшим товарищам и, не получив ответа, ремнем прикрепил к животу овчину с мотком толстых ниток, взялся за петлю веревки и приказал: - Спускайте! Без сигнала не дергать.

Четверо охотников опустили его к расщелине скалы. На небольшом выступе, у гнезда сидел беркут, одна лапа у него была зажата дугами капкана. Видя перед собой человека, он испустил короткий клекот и угрожающе приподнял крылья. Иван Николаевич укрепился в камнях, расставил среди них ноги так, чтобы можно было держаться не только ступнями, но бедрами и коленями.

Он наклонился к беркуту с намерением запеленать его. Внезапно огромная птица ударила полусжатым крылом и выбила из рук овчину. Охотник рассердился. Стоило ему наклониться снова, как беркут со злобным шипением клюнул. Тогда он сзади набросил на беркута овчину, завернул в нее птицу вместе с капканом и перепутал нитками.

- Тяните! - прокричал он друзьям.

После короткого завтрака Трофимыч и Сизых ушли на поиски косуль, братья Жарковы занялись чисткой посуды, а Иван Николаевич вытряхнув из куржума все патроны, старательно сортировал их. Вот он поверх куртки туго стянул ремень патронташа, зарядил двустволку и направился к скалам.

- За голубями? - окликнул его Жарков младший. - А я внизу подбирать буду, ладно? Мне на голубей нельзя - у меня одна картечь осталась.

Иван Николаевич обернулся.

- Ладно, Яша. Не забудь прихватить куржум.

Подъем был труден. То и дело путь преграждали висячие, грозящие обвалом камни, широкие трещины и крутизны. Но Иван Николаевич, привычно соразмеряя дыхание, взбирался все выше и выше.

Наверху было холоднее. Голуби носились над пропастью, перелетали с места на место, садились у опустевших гнезд, ворковали, дрались. Каждая часть выступа, каждая расщелина представляла собой скопище птичьего жилья.

Из-за края обрыва беспрестанно поднимались птицы, кружились и улетали в долину на кормежку. Иван Николаевич спрятался за обломок скалы и, выбирая голубей-одиночек, вскинул перед собой ружье. И не успела щека прижаться к боковине ложа, как он сделал выдох. На необъяснимое мгновение, пока плечо не ощутило еще толчка приклада, у него как бы слились в одно: вздох легких, удары сердца, прищур левого глаза и прикосновение пальца к спусковому крючку.

Вслед за первым выстрелом летающих голубей стало гораздо больше: никогда не пуганные таким звуком, они срывались с привычных мест, хлопая крыльями, быстро проносились у скалистой стены. От частого мелькания птиц у охотника рябило в глазах, но ему и не подумалось изменить своему правилу - не стрелять по стаям и сократить удовольствие. По-прежнему стреляя только на выбор, в одного голубя, он раз за разом запускал руку в патронташ. Птицы кувыркались, скользили на крыло, с шумом летели вниз. На затылке, висках и лбу у него обильно выступил пот, глаза горели огнем охотничьей страсти.

Наконец, патронташ опустел. Иван Николаевич с ноткой гордости и торжества закричал:

- Ого-го-го!

В радостном возбуждении он спустился вниз. Там ожидал его Яков с куржумом, наполненным голубями.

- Метко били, Иван Николаевич, - сказал он.

- Пойдем на травку, - предложил бывалый охотник, и когда они вышли из нагромождения камней, он, взглядом сияющих глаз указывая на куржум, спросил: - Сколько там?

- Двадцать девять.

- Три подвернулись случайно.

Они сели на траву. Перед ними тянулись сухие заросли дикой конопли и ворсянки. Яков закурил. Вдруг он с тревогой стал всматриваться в лицо стрелка.

- Вы заболели, Иван Николаевич? У вас руки дрожат.

Весело посмеиваясь, охотник повалился набок и подсунул себе под голову пучок стеблей конопли.

- Когда я на охоте, душа моя празднует и невозможно словами передать, как мне приятно...

О том, где именно стояли капканы, было известно лишь Ивану Николаевичу и барсолову Сизых. Но как же они были удивлены, когда в обеденную пору от ледника на стоянку прибежал запыхавшийся Яков и сообщил, что на тропе он "своими глазами" видел барса в капкане!

Спокойный и мешковатый на вид Сизых, человек большой физической силы, неожиданно засуетился, движения у него стали быстрыми и ловкими. Пока Иван Николаевич, Жарков старший и Трофимыч наперебой расспрашивали Якова о подробностях события, он проворно набросил полушубок на плечи, взял четыре рукавицы, связку веревок и быстро зашагал к пасущемуся неподалеку жеребчику киргизской породы.

- Погоди, и я с тобой! - крикнул ему Иван Николаевич.

- Догонишь, - буркнул в ответ Сизых.

Не оседлав коня, он вскочил на него и рысью поехал к синеющим скалам. У подножия горы барсолов пустил жеребчика на лужайку и торопко, словно его кто-то подгонял, начал подниматься вверх. Ему хотелось скорее увидеть снежного барса, этого ночного могучего хищника, который держится в малодоступных скалах, охотясь на козерогов. Отсюда он по одной и той же тропинке спускается в полосу лесов, чтобы находить там пасущихся или отдыхающих косуль. Сизых уже представлял, как он накинет на зверя полушубок и тот, трусливо съежившись, испытывая непреодолимый ужас перед человеком, даст опутать себя веревками. Потом на когтистые лапы лежащего барса он наденет шубные рукавицы, а пасть свяжет веревкой так, чтобы ее без груда можно было развязывать.

До полосы нестерпимо сверкающих снегов оставалось пройти немного. Сизых свернул на знакомую тропу и осторожно, почти крадучись, пошел по ней.

Вот и небольшая площадка, рассеченная тропой. Хищник лежал на спине, подняв кверху лапу, зажатую стальными дугами капкана. Это был крупный барс. Заслышав шаги человека, он пружинисто и в одно мгновенье вскочил на ноги. Страшные клыки у него были оскалены, круглые немигающие глаза грозно горели. Казалось, вот-вот из его глотки вырвется предостерегающе-гневное рычание.

Вдруг он неистово шарахнулся в сторону. Вся его осанка выражала готовность бороться. Привязанная к большому камню цепь, на которой был капкан, натянулась и стала сползать. Боясь, что пленник сделает еще одно усилие и уйдет, Сизых бросился к цепи.

Барс в ярости прыгнул. Охотник нагнулся и скорее почувствовал, чем понял, что зверь перелетел через него, гремя капканом. Не давая ему повернуться и повторить свой прыжок, он в раздражении схватил его поперек туловища, приподнял и прижал к себе крутую спину. Руки мертвой хваткой сошлись внизу грудной клетки и до треска костей сдавили ее. Отчаянно барахтаясь, хищник рванулся и вместе с охотником упал на тропу. Они в обнимку покатились по ней. Цепь петлей сползла с камня и не мешала их поединку.

Гибкий, точно весь сотканный из упругих мышц, барс вырвался из его объятий и, лежа под ним, блеснул оскалом клыков. В тот же миг в сознании охотника вспыхнула мысль схватиться за обе челюсти и разодрать эту клыкастую пасть, но пальцы дернулись к горлу. Задыхаясь, зверь занес над ним лапу, удар - и он отбросил бы его от себя. Не ослабляя зажима левой руки на горле, Сизых правой одел рукавицу на лапу и коленом уперся в ребристую грудь врага.

охота на барсаВ это время и подоспел Иван Николаевич. Он помог приятелю надежно связать хищника.

Тяжело дыша, Сизых рассмотрел изодранные в клочья полы своего полушубка и с усмешкой сказал:

- Ничего, теперь есть, что доставить нашему зоопункту.

Иван Николаевич молча и деловито обматывал цепью капкан.

Солнце уплывало на запад. С неба в ущелье незримо текли потоки живительного тепла. И в те минуты, как снежные вершины гор безмолвно напоминали о суровой зиме, внизу, на зеленых берегах реки, цвели одуванчики, порхали мотыльки, а по кустарниковым рощам звенели птичьи голоса. Особенно усердно кричали кеклики - эти птицы в кокетливом дымчато-пестром наряде.

Не успели охотники закончить полдник, как братья Жарковы, тыча руками вверх, горячо заговорили о приближении козлов - самцов косуль. Иван Николаевич вытер о брюки жирные пальцы и схватил лежащую на кошме двустволку.

- Где? - и стал на левое колено. - У меня тут жаканы...

Вдоль увала, шагах в двухстах от стоянки, откинув назад головы с короткими и прямыми рожками, быстро бежали четыре козла.

Хлопнул выстрел. Увидав, как свалился передний козел, а его сородичи ускорили бег, Иван Николаевич торопливо вскинул ружье и вторично выстрелил.

Братья Жарковы опрометью кинулись к увалу за добычей. В знак похвалы Сизых покачал головой и зачмокал языком, а Трофимыч сказал:

- Здорово бьешь, Николаич, как настоящий снайпер.

Голубые глаза Ивана Николаевича сияли. Рукавом куртки он провел по чуть-чуть вспотевшему от волнения лбу и довольный снова уселся есть куропатку. Сизых поставил перед собой кружку с чаем.

Оживленно переговариваясь, Жарковы принесли козлов.

Охотники вновь окружили костер. Не стихая ни на минуту, к ним доносились крики неугомонных кекликов, и гулкое эхо отдавалось в ущелье.

В. Пашков

"Охота и охотничье хозяйство № 3 - 1959 г."


главная новости база охотнику оружие газета "РОГ" фото каталог собаководство рыбалка


k®k 2002-2012 Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100