Калининградский охотничий клуб


В низовьях Дуная

Бекасиный остров

В низовьях ДунаяОктябрь на исходе. В низовьях Дуная, на озере Кугурлуй, скопилось множество перелетных птиц. Каждую ночь появляются все новые табуны гусей, лысух и разнопородных уток, в камышах и на отмелях то и дело встречаются цапли, турухтаны, кроншнепы, бекасы.

Третий день брожу по окрайкам густых, высоких, как лес, тростников. Мой старый друг сеттер Кавур работает не спеша, без горячки. За вечер взято два дупеля пять бекасов, да подвернувшийся под руку турухтан.

Смеркается. Далеко-далеко, за многоверстным озером, зацветает заря.

Выбравшись из топкой заболоти, выхожу к протоке и тут встречаюсь с рослым, чернявым парнем. У него за плечами ружье, на поясе связка дичи. Мы познакомились. Закурили. Завязалась беседа. Федор Ярош, как звали молодого охотника, рассказал, что, не имея собаки, он охотится на дупелей и бекасов "самотопом".

- Хожу, выпугиваю и на подъеме стреляю. Незавидное дело, - вздохнул Федя, поглядывая на косматого Кавура. И вдруг спрашивает. - Скажите, а много у вас патронов с мелкой дробью?

- Да как сказать, - пожал я плечами, не понимая сущности вопроса. Пожалуй, с десяток осталось.

- Вот это хорошо! - обрадовался собеседник. И тут же, вроде спохватившись о чем-то, сконфуженно понизил голос. - Нет, нет! Не подумайте, что я собираюсь просить их взаймы Мне просто хочется пригласить вас на настоящую бекасиную охоту.

- А здесь разве угодья плохие? - удивился я.

- Ну, что вы, - улыбнулся парень. - У нас на озере есть такое место, где дупель с бекасом целыми тучами собираются.

- И далеко это?

- Километров десять отсюда. Наши-то охотники не особо падки на такую мелочь, а из приезжих тот островок вряд ли кто знает. Вот бы с собакой туда...

Рассказ Федора окончательно меня раззадорил и я, не задумываясь, согласился составить ему компанию.

С восходом солнца на следующий день мы были на островке, окруженном гладью озера. Вокруг шла иловато-песчаная отмель и прозрачным кружевом просвечивалась тростниковая проредь.

Когда лодка с трудом протиснулась в узкий заливчик, оттуда снялась пара крякв.

- Прибыли, - с восторгом прошептал Ярош.

Выходим на берег. Заряжаем ружья. Договариваемся, что будем ходить рядом, стрелять поочередно, независимо от промаха.

- Вперед Кавур! - подаю команду.

Собака с места галопом пошла в поиск. Прыжок, другой... и словно вкопанная застывает в стойке.

- Это ваш, - подмигивает мне Федор.

Вытянув ушастую голову, Кавур не успевает ступить и шагу, как с четким, скрипучим "чмоканьем" вырывается длинноносый бекас. Сухой хлопок выстрела и птица падает в росное мелкотравье.

Через минуту я держал в руках теплого, ожиревшего кулика-барашка. Шелковистое узорно-крапчатое оперение, темнороговый клювик, зеленовато-оливковые лапки. Какие скромные, но неподражаемо чистые цвета и оттенки. До чего же красив и приятен этот крохотный "божий козлик".

Едва опомнился от нахлынувшей радости первой удачи, как сеттер снова уж замер с приподнятой лапой.

- Ну, Федя, твой черед, - говорю молодому охотнику.

Почти одновременно из-под самого носа Кавура выхватились два бекаса. Громыхнул дуплет. Оба биты. Я удивленно покачал головою.

- Недавно приловчился. А то бывало крепко мазал.

Островок и впрямь оказался забитым дупелями и бекасами. Осторожно, почти крадучись, продвигались мы в глубь редких тростников. Кавур подавал по одной, по две, а то и по три птицы сразу. Сперва доносившийся со всех сторон соблазнительный запах дичи как бы сбивал его с толку. Собака заметно волновалась. Затем успокоилась, убавила прыть и стала уверенно брать только близсидящих птиц.

После каждого выстрела часть бекасов срывалась преждевременно. Многие улетали в прибрежные камыши, а некоторые, описав круг над озером, опускались сзади нас. Чтобы "прочесать" островок, потребовалось не больше часа.

Подходим к лодке и на коврике изумрудно-зеленой травы устраиваем привал. Прежде чем развязать рюкзаки с хлебом и прочей снедью, подсчитываем трофеи. У Яроша пять дупелей и шесть бекасов. У меня на два бекаса меньше.

- А почему ты, зная такое место, не охотишься здесь: спрашиваю я.

- Во-первых, от села далековато - вздыхает Федор, - а во-вторых, собаки нет. Бекас-то птица быстрая, верткая, внезапно его трудно взять. Совсем другое дело с собакой. Затихая по стойке, она вроде предупреждает тебя "Будь готов хозяин. Вот-вот дичь вылетит!". Тут уж и красота иная и выстрел верный.

- Честно признаться, на прошлой неделе я был здесь, - продолжал он говорить. - И что бы вы думали? Глаза разбежались. Бах-бах! - в горячке. Двадцать патронов выпалил, а взял всего-навсего три штуки. После этакого конфуза меня и тянуть сюда не стало.

Пока мы завтракаем, распуганные бекасы опять возвращаются на свой островок. Одни из них садятся на открытую грязевую отмель, другие падают с треском в гущу трав и осок. Какая же загадочная сила влечет их сюда. Обилие корма или привычка к обсиженному месту? Кто знает?

На лебединой зимовке

Ударил первый заморозок. Посыпалась, зашуршала золотая метель с тополей и акаций, побурела, покоробилась листва на виноградниках.

Глубокое небо кажется невесомым. Там, где с минуты на минуту должно взойти солнце, оно залито янтарным светом.

Налегая на весла, мы плывем по широкой, извилистой протоке. Просмоленная лодка, с трудом разрезая воду, идет ровно, напористо.

По берегам припудренные морозцем тростники. Они раскинулись на много верст вокруг. Один поворот следует за другим. Наконец, сквозь гущу тростниковых метелок показалось озеро.

- Ну вот и Ялпух, - с душевной теплотой произнес мой напарник Парамон Архипыч Коржов.

Несмотря на свои шестьдесят лет, этот коренастый старик с окладистой во всю грудь бородою на удивление еще подвижен, вынослив, крепок.

Кроме своей нелегкой профессии рыбака, старик увлекается охотой. Посидеть с ружьем в камышах на утиной вечерке - для него настоящий праздник.

Неотвратимо влечет Архипыча в дремучие плавни не только удачный дуплет и добыча. Нет! Старик страстный природолюб. Вряд ли есть еще в низовьях Дуная более надежный хранитель зимующих тут птиц, чем старый рыбак Парамон Архипыч Коржов.

- Сызмальства зародилось у меня пристрастие к птичьему роду, - улыбается дед. Можно ли представить себе ясное небо, зеленые леса и чистые воды без птиц? - задает он вопрос. И тут же отвечает. - Это немыслимо. Птицы - первейшее украшение земли. Они - ее песня!

- Парамон Архипыч, - спрашиваю я, - а каких же птиц вы больше всего уважаете?

- Из всех предпочитаю лебедя.

- Почему?

- Лебедь - птица сильная, в красе и стати своей неповторимая. У нас, русских людей, долгое время живших в отрыве от родины, была и другая причина душой привязаться к этой птице.

- Какая же это причина?

- Хочешь знать? - вздохнул Коржов. - Много лет назад, когда наши прадеды-раскольники пришли в безлюдные плавни Дуная, то, разумеется, всякая связь их с родными краями прервалась. Трудно было переселенцам обжиться на далекой чужбине. А все-таки они обвыклись тут. Укоренились. Но забыть родимые места не так-то просто. Люди тосковали. И вот тогда-то, братец ты мой, - продолжал рассказ Архипов, - лебеди и стали у нас в особом почете. Ранней весной они улетали на север. Сердца новоселов как бы вместе с ними уносились в родные просторы России. А сколько бывало радости и восторга осенью, при возвращении их на зимовку. Провозглашая приветные слова "Лебеди прилетели!", люди обнимали и целовали друг друга.

Лодка вышла на непомерную ширь озера. Где-то за Дунаем виднелись отуманенные гребни предгорий.

По своим размерам озеро Ялпух велико. Воды Ялпуха хрустальны, чисты и прозрачны. Но стоит подуть небольшому ветру, они становятся серо-пепельными.

То там, то здесь вдалеке вырисовывались островки с одинокими ветлами.

Из-за грядины раздались звучные голоса.

- Слышишь! - насторожился Архипыч.

- Лебеди?

- Они! На отмелях пасутся. - Будто по секрету прошептал старик.

Лодка врезалась в зашуршавшие заросли. Осторожно раздвигаем гибкие стебли - и от неожиданности спирает дыхание.

Перед нашими глазами живой, белоснежный остров стабунившихся птиц. Одни из них, окунув головы в воду, подолгу копаются в донных травах, другие, закинув шеи на спины, сладко дремлют, третьи приводят в порядок свой искрящийся белизною наряд.

Два старых лебедя плавали, держась поодаль от стаи. Они чутко прислушивались к безмолвию наступившего утра.

- Сторожевики, - шепчет Архипыч, Наблюдая за лебедями, я насчитал в табуне 39 птиц.

Вдруг вожаки, вытянув шеи, застыли, словно впаянные в воду. Примерно в километре из прибрежных тростников показалась рыбацкая лодка. Стая забеспокоилась. Сторожевики издают предостерегающие клики и тяжело взлетают.

Оглушительное хлопанье крыльев слилось в сплошной гул.

Едва не касаясь крыльями глади разводья, лебеди медленно улетали. Чудилось, что по озеру плыла флотилия парусных кораблей.

Пока птицы не скрылись за бахромой тростниковой гривы, мы не обронили ни единого слова.

Выбравшись из грядины, подплываем к месту, откуда снялся лебединый табун. Сквозь оседавшую муть на иловато-травянистом дне пестрила густая россыпь мелких, как лесной орех, моллюсков.

- Лебединое лакомство, - говорит Архипыч, показывая на ракушки. - В других заводях их не очень-то много, а в Ялпухе - хоть отбавляй.

Ни ветерка, ни дуновения. Куда ни глянь, то с одной, то с другой стороны виднелись несчетные полчища плавающих лысух и уток.

- Видишь сколько дичи скопилось, - произнес Парамон.

- А браконьеры не беспокоят их?

- Нынче нет. Прошлой зимою я поймал одного хапугу.

- Ну и как?

- Штраф взыскали, на год оружия лишили. А еще..., - и тут Архипыч, тихонько кашлянув в обвисшие усы, неожиданно запнулся.

- А что же все-таки еще предприняли?

- Да так, ничего особенного. Сказал я ему запросто, чтобы с ружьем на озере его духу больше не было. Вот и весь сказ.

Взглянув на внушительную фигуру старого рыбака, мне припомнилась недавняя беседа с местным охотником. "Парамон Коржов. - говорил собеседник, - это настоящий заступник природы. Человек справедливый, взыскательный. Сказанное им слово у нас на Ялпухе как бы закон для рыбаков и охотников".

П. Стефаров

"Охота и охотничье хозяйство № 3 - 1959 г."


главная новости база охотнику оружие газета "РОГ" фото каталог собаководство рыбалка


k®k 2002-2012 Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100