Калининградский охотничий клуб


Трудны ли перелеты птиц


В научно-популярной литературе и среди охотников до сих пор широко распространено представление о перелетах, как об одном из самых трудных этапов в жизни птиц, сопровождающемся их повышенной смертностью. При описании перелетов обычно подчеркиваются всевозможные трудности, которые приходится преодолевать птицам в пути.

На первый взгляд, действительно может показаться, что, например, для шилохвостки, летящей в Тиманскую тундру из Египта (7 тыс. км), или ржанки, добирающейся на север Восточной Сибири с островов Новой Зеландии (15 тыс. км), требуются огромная затрата энергии и большое напряжение сил. Однако более вдумчивое рассмотрение характера передвижения птиц во время перелетов приводит к иному выводу.

За последние десятилетия накопились факты, показывающие, что перелеты птиц совершаются очень медленно. По данным Тинеманна (1910 г.), скорость движения пролетных стай и одиночных серых ворон составляет около 50 км в час, у скворца - 74, ястреба - 41 км. Сходные цифры для нормального полета (без напряжения) дает Мейнерцгаген (1921 г.): мелкие воробьиные птицы - 32-61 км, скворцы - 63-81, врановые - 51 - 59, гуси - 90 - 100, утки - 72-97, соколы - 70-80 км в час. Но эти показатели относятся лишь к полетной, "крейсерской" скорости. Средняя же скорость перелета гораздо медленнее, так как птицы делают в пути большие остановки для отдыха и поисков корма. Д. Н. Кайгородов еще в 1911 г. установил, что в европейской части нашей страны грач продвигается весной всего лишь на 55 км в сутки, белый аист - 60 км и кукушка - 80 км. Данные кольцевания показывают, что утки перемещаются до 100 км в сутки, обычно же медленнее; мелкие воробьиные - на 50-60 км в сутки, а нередко и того меньше. Окольцованные в Латвии скворцы отлетают осенью, в конце сентября - начале октября, а прибывают на зимовки в Великобританию, Ирландию и Францию в третьей декаде ноября (Э. Я. Тауриньш и др., 1953); таким образом, расстояние около 2000 км они покрывают примерно за 50 дней, что составляет в среднем 40 км в сутки. При скорости полета скворца, равной 63-81 км в час, получается, что на направленный полет к зимовкам скворец тратит всего лишь 30-40 мин. в сутки. Речные чайки, гнездящиеся на подмосковном озере Киёво, тратят на перелет к зимовкам на берега Черного и Средиземного морей примерно 4 месяца, продвигаясь в среднем от 10 до 20 км в сутки. Даже у такого первоклассного летуна, как колючехвостый стриж, сезонная миграция из Восточной Сибири в Австралию и Тасманию (около 12 000 км) растягивается на четыре месяца, а ведь эта птица развивает скорость 170 км в час!

Конечно, птицы отнюдь не всегда летят с одинаковой быстротой. Окольцованные в Германии обыкновенные горихвостки осенью неоднократно добывались в Средиземноморье и Африке. Одна из этих птичек расстояние в 1000 км по прямой покрыла за 6 дней, что составляет 167 км в день. Другая горихвостка преодолела 2070 км за 47 дней, т. е. пролетала всего 44 км в сутки. Фенологическими наблюдениями установлено, что весной, по мере приближения к местам гнездовья, скорость перелета у многих видов птиц значительно увеличивается.

Многие птицы могут без отдыха преодолевать колоссальные расстояния. Это нетрудно наблюдать во время пролета на островах, удаленных далеко от ближайшего берега и из частых залетов даже мелких птиц на удаленные океанские острова. Однако факты быстрого продвижения пролетных птиц все же надо считать исключением, наблюдаются они лишь у некоторых видов и только на отдельных участках пути.

Сравнивая суточную активность и количество движений, совершаемых птицами во время перелета, с их летней деятельностью, приходится признать, что существенной разницы в работе организма в эти периоды нет.

Никольсон (1927 г.) подсчитал, что длиннохвостая синица во время сбора материала для постройки гнезда за несколько дней в общей сложности "налетала" более 1000 км. По его же данным, пара лазоревок при выкармливании птенцов совершала до 35 полетов в час и покрывала за день более 100 км. По наблюдениям А. Н. Промптова (1940 г.) и А. Н. Формозова (1950 г.), скворец при доставке птенцам корма совершал около 75 км перелетов в день, не считая перелетов на месте охоты и длительных поисков корма на земле. По различным данным, стриж за день "налетывает" до 450 и даже до 900 км! Таким образом, птицы при перелетах затрачивают энергии не больше, чем в период размножения.

Наблюдения за перелетами птиц и их образом жизни в пути, ведущиеся в разных географических широтах, подтверждают, что даже самые дальние перелеты не представляют столь трудного этапа в жизни птиц (и тем более стихийного бедствия), как изображают это явление отдельные авторы. На пролете птицы следуют по экологически благоприятным местам, движутся довольно медленно, делают частые и длительные остановки на отдых и кормежку. У северных гусей в пойме р. Оки, у северных уток на озерах Западной Сибири и Северного Казахстана, у различных мелких лесных птиц в степных колках леса такие остановки длятся по нескольку недель. Как во время осеннего, так и весеннего перелетов птицы встречают обильные запасы корма и не только не истощают своих сил, а, наоборот, укрепляют их. Перелетные птицы хорошо упитаны и имеют большие отложения подкожного жира. В процессе мускульной работы при полете жир быстро расходуется, но зато также быстро накапливается вновь во время остановок и отдыха. В этом можно видеть особое приспособление птиц к перелетам.

За последнее столетие зарегистрировано много фактов массовой гибели птиц во время перелетов. Обычно они гибли от бурь и штормов, пересекая обширные водные пространства; при этом жертвой стихийного бедствия, как правило, бывают сухопутные виды. Отмечаются случаи гибели в морских водах и водоплавающих птиц, когда мокрый туман, сменяющийся внезапно морозом, лишает птиц возможности лететь (обледеневает их оперенье) или когда утомленные птицы садятся на воду в ледоход и ноги их оказываются зажаты и раздавлены льдинами. Часты случаи массовой гибели птиц, летящих ночью на свет морских маяков и разбивающихся о их неосвещенные стены. Иногда пернатые странники гибнут от солевого отравления при пользовании в пустыне водоемами с повышенной соленостью или загрязненными нефтяными продуктами.

Массами гибнут порой птицы (от голода и холода) и на зимовках, особенно в годы с необычно суровыми и многоснежными зимами. Иногда эта гибель (например, гибель уток в суровые зимы 1948/49 и 1949/50 гг. на каспийских зимовках) заметно отражается на численности дичи в районах гнездования.

В перечисленных выше случаях гибнут десятки и сотни, в других - тысячи и десятки тысяч, в третьих - сотни тысяч пернатых.

Однако массовая гибель наблюдается не только у перелетных птиц. Всем нам известны факты массовой гибели зимой от голода серой куропатки, вследствие чего на обширных участках своего ареала эта птица исчезала полностью или же становилась крайне редкой. Выпадение необычно глубоких снегов вызывает подобные катастрофические опустошения среди строго оседлых фазанов, турачей и кекликов. В ряде местностей отмечены случаи резкого сокращения численности рябчика и тетерева вследствие неожиданного образования настов, под которыми оказывались похороненными ночующие в снегу птицы. Значительный урон поголовью тетеревов приносят и малоснежные суровые зимы, когда птицы, лишенные возможности укрыться на ночь в снегу, гибнут от морозов. Мелкие воробьиные птицы обрекаются на голод и гибнут от гололедиц и сопровождающихся оттепелями снегопадов, когда ветви и стволы деревьев обледеневают и птицы не могут добыть себе нужное количество корма. Огромные опустошения среди оседлых птиц, в том числе тетеревов и др., влекут за собой эпизоотии. Все это говорит о том, что весенние и осенние странствия пернатых отнюдь не ставят их в невыгодное положение в сравнении с оседлыми и кочующими птицами.

Говоря о повышенной смертности птиц во время перелетов, иногда указывают на то, что весной на родину птиц возвращается гораздо меньше, чем улетело отсюда осенью, и что каждую весну число приступающих к размножению особей примерно одно и то же. Но ведь то же самое можно сказать и об оседлых и кочующих птицах.

Таким образом, нет никаких оснований считать, что в целом смертность у перелетных видов выше, чем у оседлых и кочующих. В противном случае нужно было бы признать, что перелетные виды обладают большей плодовитостью, чем оседлые, плодовитостью, которая компенсировала бы их мнимую повышенную смертность. В действительности, однако, этого нет. Так, средняя кладка у перелетного тювика составляет 4- 5 яиц, у оседлого перепелятника - 4-5 яиц; у оседлого сизого голубя - 2 яйца, у перелетных клинтуха и витютня - по 2 яйца; у перелетной болотной совы 3-5 яиц. у оседлой ушастой - 4-5. Анализ плодовитости 154 видов, наиболее обычных на гнездовье в средней полосе европейской части СССР, птиц показал, что средняя (для 106 видов) величина кладок у перелетных птиц равна 5,1 яйца, у оседлых и кочующих (по 48 видам) - 6 яйцам. Более низкая плодовитость перелетных видов - показатель того, что в борьбе за существование они имеют некоторое преимущество перед оседлыми - лучше приспособлены к сезонным изменениям условий жизни. В течение года они испытывают меньшие колебания температуры и условий освещения, равномернее и обильнее обеспечены пищей.

Перелеты занимают важное место в годовом цикле жизни птиц. Примерно 2-6 месяцев птицы держатся на местах гнездовий, 3-4 месяца на зимовках и 3-6 месяцев проводят в пути. Во время перелетов они иногда попадают в неблагоприятные условия, терпят стихийные бедствия и в большом числе гибнут. Но эти трудности являются не правилом, а исключением в общем ходе сезонных миграций, подобно трудностям, с которыми они нередко сталкиваются при жизни в гнездовой области. Перелеты - закономерный этап в годовом цикле, к которому птицы приспособились не хуже, чем к любому другому биологическому этапу жизни.

А. Михеев, кандидат биологических наук

"Охота и охотничье хозяйство № 4 - 1959 г."


главная новости база охотнику оружие газета "РОГ" фото каталог собаководство рыбалка


k®k 2002-2012 Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100