Калининградский охотничий клуб


Петербургская школа оружейников


Вряд ли сегодняшние охотники слышали такие имена, как Гонно и Вишневский, Лардере и Лежен, не говоря уже о более старинных мастерах: Иллинге, Грекке, Иване Пермяке. Наш рассказ о петербургских мастерах прошлого века еще не полон: история скупа на подробности. Никто о них книг не писал, архивов не хранил, большинство изделий до нас не дошло, а людская память хранит лишь главное, большое, яркое. По крупицам приходится восстанавливать судьбу людей и вещей. В этом нам помогают коллекции музеев, каталоги старинных выставок, справочники по Петербургу, прейскуранты оружейных магазинов. История русского охотничьего оружия еще не написана, и пока это ее первые страницы.

В Петербурге не было крупного производства охотничьего оружия, а спрос на него в столице был большой. В основном он удовлетворялся за счет привозного иностранного оружия. Однако не всем оно было по карману, и работавшие в Петербурге мастера могли конкурировать с известными фирмами, лишь назначая более низкие цены. Для поощрения отечественного производства с 1829 г. начинают проводиться всероссийские выставки отечественной промышленности. На одной из первых выставок (в 1835 г в Москве) в числе экспонентов был Флориан Вишневский. Так он значился скромно "ружейником", а позднее, став купцом 2-й гильдии, завел крупную мастерскую. Кем он был: ловким дельцом или умелым мастером? Скорее, второе, иначе не изобрел бы револьвера и собственного унитарного патрона. Однако начнем по порядку.

Вишневский открывает мастерскую в 1828 г.

Через 9 лет его имя становится известным и попадает в книгу адресов Петербурга за 1837 г., где указано место его жительства - Екатерининский канал, д. 38. В указателе 1849 г. мастерская Вишневского находится на Б. Мещанской ул., в д. 6; адресная книга за 1867-1868 гг. сообщает новый адрес - Невский проспект, д. 42; в 1870 г. - Невский пр., д. 42 и Казанская ул., д. 6. Расширение производства повлекло за собой открытие Вишневским своего магазина, или "депо", по продаже оружия как собственного производства, так и заграничных фирм. В "Журнале охоты" за 1876 г. сказано, что его "депо" находится на Невском проспекте, а мастерская - в другом месте. Слово "мастерская" можно принять условно, потому что, по данным 1865 г., в ней работало 25 человек, из них 10 "на стороне", т. е. им раздавалась работа на дом. Годовое производство составляло 30-40 тысяч рублей, а в 1870-1874 гг. достигло 50 тысяч рублей серебром. Подробных данных о его заведении не имеется, однако, учитывая уровень тогдашнего частного оружейного производства, можно думать, что труд в мастерской был ручным, т. е. это была обычная мануфактура.

Изделия Вишневского отличались высоким качеством - недаром он был награжден на выставке 1861 г. в Петербурге малой золотой медалью, а на выставке 1865 г. в Москве - большой золотой медалью. Ассортимент его изделий был обширен: капсюльные охотничьи ружья стоимостью 150-200 рублей, капсюльные одноствольные и двуствольные штуцера по 200-300 рублей, казнозарядные охотничьи ружья по 150-250 рублей (начиная с 1870 г.), револьверы от 30 до 100 рублей, патроны.

Пока известны только три его работы. В Государственном историческом музее хранятся охотничье ружье и штуцер, в Удмуртском республиканском музее - ствол и барабан от револьверного ружья. Ружье в Историческом музее представляет собой длинноствольное шомпольное ружье с капсюльным замком. Ствол гладкий, длиной 91 см, калибр 16,5 мм, общая длина ружья 132,5 см, вес 3,2 кг. Стенки ствола довольно толстые (2,2-2,7 мм), что наводит на мысль о большом заряде и применении пули. Ствол изготовлен из полосового Дамаска, скрученные полосы которого рельефно выступают, образуя красивый декоративный узор. Замок ружья небольшой, в шейку. Ложа ореховая, полированная, английского типа, цевье короткое. Шомпол крепится под стволом в двух втулках. Замок и прибор украшены оригинальным травленым орнаментом из завитков. Судя по стилю оформления, ружье относится к 50-60-м годам XIX в. Все части и детали сделаны чисто и аккуратно, врезка замка и прибора идеальна. Ружье, несмотря на свою длину, очень изящно и выполнено со вкусом.

Охотничий штуцер Вишневского почти не украшен и выглядит как рядовое ружье. Ствол стальной, восьмигранный, с 7 нарезами, калибр 15 мм. Длина ствола 57 см, длина штуцера 98,5 см, вес 2,8 кг. Замок капсюльный, в шейку, инкрустирован серебряной проволокой. Ложа ореховая, полированная, английская, с ящичком в прикладе. Штуцер предназначался для охоты на некрупного зверя и, хотя отделка не отличается богатством, сделан весьма добросовестно.

В Удмуртском республиканском музее в Устинове (Ижевск) хранится любопытное изделие Вишневского, вернее, его остатки - это ствол и барабан от капсюльного охотничьего револьверного ружья. Все деревянные детали утрачены, металлические сильно покрыты коррозией, но можно рассмотреть, что они гравированы. Несмотря на плохую сохранность, это ружье - важное свидетельство конструкторских поисков Вишневского. Известно и то, что в 30-х годах Ф. Вишневский с другими мастерами участвовал в создании нового образца мушкетона и пистолета с капсюльными замками для Черноморского флота, но военная бюрократия не смогла провести это перевооружение.

На Петербургской выставке 1870 г. Вишневский представил скорострельное военное ружье собственной конструкции - вероятно, игольчатой системы. Вишневский много работал над усовершенствованием стрелкового оружия в 50-60-е годы прошлого века. Это было время перехода от капсюльных систем к казнозарядным под унитарный бумажный и металлический патроны. Сотни оружейников во многих европейских странах активно трудились над созданием нового оружия, и Вишневский не остался в стороне от этого нужного для России дела.

Кроме военного оружия Вишневский разработал собственный вариант револьвера под шпилечный патрон и демонстрировал его на Всемирных выставках 1862 и 1867 гг. На выставке в Москве в 1865 г. были особо отмечены его зарядные гильзы к револьверу и укороченные медные гильзы для ружей системы Лефоше. В 1868 г. Вишневский открыл дополнительную патронную мастерскую. Судьба Вишневского весьма характерна для конца XIX в. Не имея возможности и средств перевести свои мастерские на машинное оборудование, Вишневский все больше занимается торговлей и починкой оружия. В 1894-1895 гг., уже после его смерти, продолжал существовать только торговый дом "Вишневский Ф. ф.", принадлежавший Вильгельмине Вишневской-Комаровой (дочери?) и в начале XX в. проданный В М. Беженцову.

Одновременно с Вишневским в 30-50-е годы XIX в. работал в Петербурге придворный мастер Бертран, специализировавшийся на оружии высшего класса. Об этом оружейнике известно значительно меньше. Впервые упоминается он в 1835 г.; адресная книга 1837 г. указывает, что "придворный оружейный мастер" Бертран находится на Итальянской ул. в д. 1. Подобное звание получали оружейники, изготовлявшие изделия для придворного круга. В какой-то степени это свидетельство высокой аттестации мастера. Другим подтверждением качества его работы является золотая медаль, полученная им на Петербургской выставке 1835 г. В 30-40-х годах Бертран выступал с компаньоном, фамилия которого - Жавале - указана лишь на одной паре пистолетов, а в 50-х годах он уже работал один. Мастерскую Бертран открыл в 1830 г., прекратил свою деятельность в конце 50-х - начале 60-х годов. Что же изготовлял Бертран, и можем ли мы познакомиться с его вещами? Каталоги двух выставок, в которых он участвовал, называют следующие изделия: Петербургская 1835 г. - только ружья и пистолеты, Петербургская 1849 г. - одноствольные и двуствольные охотничьи ружья, карабин и "ружье большое двуствольное, сделанное для помещения на борт яхты". Скорее всего речь идет об уточнице 4-го или 8-го калибра. Ружья подобного рода стоили дорого и предназначались для лиц богатых и знатных. Охота с яхты была доступна далеко не каждому.

Много интересного можно почерпнуть, внимательно рассматривая уцелевшие изделия мастера. В настоящее время известны две пары дуэльных пистолетов: одна хранится в Историческом музее, другая - в Эрмитаже; и одно охотничье ружье. Капсюльный дуэльный набор из коллекции Исторического музея - очень красивой и тщательной работы. Пистолеты лежат в ящике черного дерева с большим количеством принадлежностей. На обороте крышки на красном бархате золотом написано на французском языке: "Бертран и Жавале в Петербурге" и "Золотая медаль 1835 г.".

Охотничье ружье его работы в собрании Исторического музея в Москве - двуствольное, шомпольное, с капсюльными замками. Ружье поступило в музей совсем недавно, находится в плохом состоянии, но сохранило все признаки ружья высокого класса. Сделано оно в английском стиле, без лишних украшений. Ствол букетного Дамаска, имя мастера инкрустировано золотом на планке. Замки и прибор гравированы крупным растительным орнаментом, ложа ореховая. Ружье ремонтировалось, и, по свидетельству дарителя, из него стреляли еще лет 10-15 назад. Это ли не доказательство отличной работы! Выпущено оно было в начале 30-х годов, и снизу на стволах имеются клейма известного парижского ствольщика того времени Ле Клерка. Бертран, как и другие петербургские оружейники, заказывал стволы у лучших европейских мастеров.

Мастерская Бертрана перешла к Жану Адольфу Лардере. Точных обстоятельств этого не знаем, хотя располагаем следующим свидетельством. На ранних работах Лардере имеется надпись: "J. Larderet Suce' de Bertrand". Французское слово "Successeur" переводится двояко: как наследник и как преемник. Кем в действительности был Лардере - неизвестно, можно только предположить, что ранее он работал в мастерской Бертрана. Лардере чаще прибегал к заказам оружия у заграничных фирм и занимался больше торговлей.

Жан Лардере именуется в объявлениях "оружейным мастером Его Имп. Величества"; в 1867 г. его мастерская и магазин находились на Невском проспекте, д. 5, после 1886 г. - на М Морской, д. в. После смерти Лардере в 1911 г. его дело продолжил сын - Жан Морис Лардере, заведение которого размещалось в д. 6 по улице Гоголя. Лардере-отец занимался не только изготовлением оружия, но и его украшением, переделкой, ремонтом и торговлей на заказ. Подобный вывод позволяет сделать изучение его вещей. В Историческом музее хранятся два охотничьих капсюльных ружья, одно бескурковое ружье центрального боя, два револьверных штуцера, охотничий пистолет центрального боя и охотничий кинжал.

Более раннее оружие - капсюльное - за исключением стволов сделано в мастерской Лардере. На одном из них использованы нарезные стволы работы известного немецкого оружейника второй половины XVIII в. Иоханна Андреаса Кюхенрейтера, а на замках надпись: "Лардере преемник Бертрана". Создано оно в своем теперешнем виде не позднее начала 60-х годов. Другое ружье с капсюльными замками примерно того же времени имеет бельгийские стволы литой стали.

Два охотничьих шестизарядных штуцера с револьверными барабанами, имеющие на стволах надпись: "Оружейник Лардере в Петербурге", сделаны на самом деле парижской фирмой Э Лефоше в 60- 70-х годах. Участие Лардере заключалось в том, что он дополнительно украсил эти штуцера и приспособил под патрон центрального боя вместо шпилечного патрона. На замочном механизме и барабане одного штуцера сделана резьба и инкрустация серебром, изображающая летящих полуфантастических птиц, а на другом дополнительно отгравированы детали замочного механизма и прибора.

Ближе к концу XIX в. Лардере начинает ограничиваться заказом готового оружия. Примером этого является прекрасный пистолет для охоты из коллекции Исторического музея. Французская надпись на стволе гласит, что он сделан Августом Лебо в Льеже для Ж. Лардере, оружейника Е. И. Величества в Петербурге. Пистолет крупного (14 мм) калибра и имеет переламывающийся вниз ствол под патрон центрального боя. С Августом Лебо у Лардере был, видимо, тесный контакт, поскольку в Историческом музее имеется еще и охотничье ружье работы Лебо по заказу Лардере. Поскольку на нем поставлен дамасковый ствол, оно сделано не позднее 90-х годов XIX в.

Редким образцом изделий Лардере является охотничий кинжал в ножнах, довольно ранний по времени изготовления, поскольку имеет имя мастера с указанием, что он преемник Бертрана. Клинок ромбовидного сечения, с долами, украшен гравированным орнаментом; рукоять из черного дерева. Использовался как кинжал для парфорсной охоты, а не как охотничий нож.

Лардере не участвовал ни в одной российской выставке. Возможно, он сам не считал свои изделия оружием отечественного производства. Вместе с тем его нельзя вычеркнуть из числа петербургских оружейников, поскольку он был достаточно популярен, переделал и продал большое количество вещей со своим именем.

Одной из интереснейших фигур второй половины XIX в., составившей славу петербургским мастерам, является, несомненно, Н. Ф. Гонно. Его современник, автор заметки в "Журнале охоты" за 1876 г., полагал, что ружья Гонно не уступают лучшей работе знаменитого английского оружейника Ланкастера. В статье говорится: "К тому же Гонно сделает истинно "какое угодно" ружье: поставит вам стволы самого лучшего качества - английские или французские Леопольда Бернара - по вашему выбору; длину стволов и их калибр вы определите сами; замки будут Жозефа Бразье, которому по этой части нет конкурента в целой Европе; ложа будет из фигурного американского ореха..., а работа будет такая, что положительно не уступит никакой английской". Ценитель Гонно добавляет, что ружья эти бьют не хуже английских, а штуцера даже лучше и что оружие старательно пристреливается и проверяется. По свидетельству того же автора, ружья Гонно центрального боя стоят 300-350 рублей, в то время как английские оружейники Чарльз Ланкастер, Грант и Перде берут за свои изделия не менее 500 рублей. Интересным является замечание, что Гонно работает в своей мастерской сам, работает даже в праздники.

Конечно, подобные хвалебные отзывы не обязательно правдивы, но думается, что автор был прав в своем восхищении этим мастером. На выставке Русского технического общества 1886 г., где было много работ лучших русских оружейников, ружья Гонно были оценены первыми среди дорогих ружей и по бою, и по отделке. Были также высказывания, что оружие Гонно есть в полном смысле художественные произведения. На этой выставке мастер представил три экземпляра бескурковых ружей центрального боя 12-го и 20-го калибров, два штуцера центрального боя 12-го калибра, два штуцера-экспресса 500-го (12,7) калибра и уточницу центрального боя 8-го калибра. Одно из ружей даже было снабжено новейшим изобретением - эжектором. Только перечисление экспонатов показывает, что Гонно делал оружие самых современных по тому времени систем. Причем и раньше он стремился следовать последним достижениям техники. На Всемирной выставке в Париже 1867 г. он выставил винтовку и ружье - оба с "центральным запалом", что тогда было, конечно, новшеством. На другой Всемирной выставке - Венской в 1873 г. - оружие работы Гонно было также высоко оценено.

Путеводитель по Петербургу за 1886 г. сообщает о местонахождении придворной мастерской Гонно на набережной Мойки в д. 36 и добавляет, что он торгует и готовыми заграничными ружьями. К сожалению, дальнейшая судьба Гонно неизвестна, а в указателе по Петербургу 90-х годов он уже не встречается. Его место в конце XIX - начале XX в. занял Мацка, работавший несколько лет у Гонно.

Ружья работы Гонно дошли до нас в единичных экземплярах. Исторический музей в Москве располагает только одним ружьем его работы, примечательным во всех отношениях. Это ружье под патрон центрального боя имеет две пары стволов из высокосортного Дамаска английской работы. Одна пара стволов гладкая, цилиндрической сверловки 12-го калибра, длиной 73 см. Вторая пара аналогичного калибра и длиной 63 см имеет овальную сверловку, которая делает несколько оборотов. Толстые стенки стволов (2 мм), овальная сверловка и штуцерная мушка говорят о том, что вторая пара стволов предназначалась как под дробь, тан и под пулю. Затвор ружья сделан по системе Ланкастера с нижним поворачивающимся вправо рычагом. Замки в шейку с наружными курками. Замок, колодка и прибор отделаны изумительной гравировкой английского типа из мелких изящных переплетающихся завиточков. Ложа светлого полированного ореха с красивым рисунком. Приклад прямой, без щеки, шейка ложи и цевье украшены тонкой резьбой ромбиками. Судя по типу запирающегося и ударного механизмов, ружье сделано в 70-х годах XIX в. и имеет номер 94. Длина всего ружья 114 см, со второй парой - 104 см; вес 4 кг, со второй парой - 4,25 кг.

Имя Гонно было так популярно в Петербурге, что другой оружейник, Василий Васильевич Лежен, называл себя его преемником. Первоначально в 60-х годах у Лежена был только магазин, помещавшийся на Б. Мещанской в д. 40. В 1875 г. его магазин и мастерская охотничьего оружия находились на Казанской улице в д. 44, с 1901 г. - на Казанской ул. в д. 48. В каталоге 1876 г. Лежен пишет, чем он занимается помимо торговли. "При магазине моем находится мастерская, в которой принимаются заказы на новые ружья и всякого рода починки и переделки; пристреливаются и выверяются штуцера, винтовки и всякого рода оружие, также переделываются ружья с системы Лефоше на систему Ланкастера". В каталоге он указывает, что работает с 1844 г. Эту дату мы не можем ни подтвердить, ни опровергнуть, хотя в адресной книге Петербурга конца 40-х годов его мастерская не встречается. В 1889 г. в журнале "Природа и охота" Лежен называет себя преемником Гонно и "поставщиком двора Его Величества". Не исключено, что он купил мастерскую Гонно. Реклама 1892 г. еще более пышная. В ней Лежен сообщает, что имеет высшие награды за производство новых ружей на выставках в Париже, Брюсселе, Мадриде и на многих отечественных, что принимает заказы на новые бескурковые ружья собственного производства, в том числе и на ружья системы Ивашенцова.

Последнее сообщение весьма важно. Известно, что крупный русский оружиевед А. П. Ивашенцов сконструировал собственную систему охотничьего ружья. Техническую реализацию идеи Ивашенцова взяла на себя мастерская Лежена. К сожалению, неизвестно, сколько всего было выпущено этих ружей, известно только, что это была первая модель системы Ивашенцова с верхним ключом. Улучшенный вариант этого ружья с нижним ключом изготавливал в начале XX в. другой мастер - Ф. О. Мацка.

Несмотря на заявление Лежена об участии во многих выставках, мы знаем о его вещах только по выставке Русского технического общества 1886 г. Там демонстрировались ружья Лежена центрального боя с затвором Ланкастера, шомпольные двуствольные ружья с дамасковыми стволами за 100 рублей, шомпольная уточница за 60 рублей, переделки с военной винтовки Бердана за 35 рублей и, кроме того, бескурковое ружье, взвод ударного механизма у которого осуществлялся при переломе стволов.

С 1893 г. он занимался торговлей оружием совместно с сыном Георгием Васильевичем, а с 1907 г. фирма "Лежен В. В." больше не упоминается. В Историческом музее в Москве не имеется ни одного экземпляра работы, в Государственном Эрмитаже хранится одно ружье.

Одновременно с Леженом в середине 80-х годов выдвигается мастер-штучник Франц Осипович (Иванович) Мацка. Его имя известно до настоящего времени, а его оружием все еще пользуются современные охотники. Первые известия о Мацке появляются в объявлении на страницах журнала "Природа и охота" за 1885 г. В нем мастер пишет, что изготовляет лично ружья высшего класса со стволами Леопольда Бернара или английскими высшего сорта, аккуратной и чистой работы, с роскошной мелкой гравировкой и с великолепным боем за 350 рублей, штуцера - за 400 рублей; ружья второго разбора с лучшими бельгийскими стволами за 200 рублей. Мастерская помещалась на Кабинетской ул. в д. 12, где Мацка снимал помещение. Охотничья газета за 1690 г. дополнительно сообщает, что ранее Майка работал у известного оружейника Н. Ф. Гонно. Без преувеличения можно сказать, что ученик оказался достойным своего учителя. Ружья Мацки были, несомненно, лучшими в России ружьями штучного производства конца XIX - начала XX в. Благодаря тщательности своей работы он мог конкурировать с заводской промышленностью, поскольку в то время ружья уже делались на оружейных заводах в Туле и Ижевске. Ружья Мацки стоили довольно дорого: дробовые 250- 350 рублей (со второй парой стволов до 500- 600 рублей), хотя это и было на треть или даже вполовину дешевле тогдашних английских.

В очень интересной статье в журнале "Псовая и ружейная охота" за 1900 г. С.А.Бутурлин доказывает, что цена оружия Мацки не так уж высока, если учесть, в каких экономических условиях он работает. Его мастерская расположена в столице и обходится очень дорого, стволы он покупает у лучших оружейников, что также недешево, дорого стоит хороший орех; кроме того, нужно платить за отделку, пригонку, покраску и т. п. Сам Мацка, работая по 10 часов в сутки, зарабатывает за день 8 рублей. Таким образом, практически мастер берет за ружье не очень высокую цену.

В год он делал не более 20-25 ружей и всего мог изготовить не более 500 штук. Помимо того что мастер лично стоял за токарным станком, на нем лежали еще общий надзор и руководство, расчет и обдумывание конструкции ружья. Мацка высоко ценил свой труд, его изделия отличают безукоризненная подгонка деталей, прочность, солидность, прекрасный бой. На выставке 1886 г. его оружие было признано вторым вслед за Н. Гонно. Мацка помимо двуствольных курковых и бескурковых ружей делал штуцера под дымный и бездымный порох.

Ружья Ф. Мацки - это часть нашей технической истории и культуры, поэтому Исторический музей хранит и собирает оружие этого мастера. В настоящее время в коллекции музея имеется пять экземпляров ружей, три из которых поступили в последние годы. По любопытной случайности два были изготовлены почти друг за другом, так как имеют номера 299 и 306 и сделаны около 1695 г. Третье имеет номер 392 и датируется примерно 1900 г. Даже на беглый взгляд все они разнятся друг от друга, что свидетельствует об индивидуальном подходе мастера.

Ружье номер 299 - двуствольное, бескурковое, 12-го калибра, стволы дамасковые, длиной 66,7 см, со сверловкой "парадокс". Нарезная часть состоит из 9 неглубоких нарезов шириной 5 мм. Стволы изготовлены парижским ствольщиком Леопольдом Бернаром в 1884 г. Само ружье сделано на 10 лет позднее, что, возможно, связано с ожиданием заказа на дамасковые стволы. Замки на боковых досках, ложнопокладные, льежского типа. Замки, колодка и прибор украшены великолепной гравировкой крупным орнаментом из листьев, среди которых изображения зверей и птиц. Гравировка отличается изумительным художественным вкусом.

Ложа ореховая, полированная, с полупистолетной шейкой, приклад без щеки. Общая длина ружья 109 см, вес 4 кг.

Ружье номер 306 также двуствольное, бескурковое, 12-го калибра, с эжекторами. Стволы стальные, длиной 66 см, правый ствол - цилиндр, левый - сильный чок. Стволы изготовлены из литой стали Витворта известным английским ствольщиком Кильби. Замки на боковых досках, подкладные. На досках стеклянные "глазки" с указателями взвода курков, что ставилось, на ружьях высшего класса. Замки, колодка и прибор покрыты глубокой гравировкой завитками в виде рокайлей. Такая оригинальная и красивая отделка, выпадающая из традиционного для дорогих ружей стиля, нам ранее не встречалась. Ложа, полированного ореха, прямая, приклад без щеки. Общая длина 108 см, вес 3,6 кг.

Ружье номер 392 - двуствольное, бескурковое, 12-го калибра. Стволы стальные, длиной 75,8 см, со сверловкой "парадокс", при этом оба со средними чоками. Парадоксовая нарезка состоит из 7 глубоких нарезов шириной 4 мм и длиной около 40 мм. Стволы Льежской мануфактуры, изготовленные из бельгийской универсальной стали "Коккериль". Замки срединные, неполные, системы Энсон. Колодка и прибор украшены тонкой английской гравировкой. Ложа ореховая, с полупистолетной шейкой, приклад без щеки. Общая длина ружья 117,4 см, вес 3,7 кг. К ружью имеется вторая пара стволов 12-го калибра из стали Витворта. Они не имеют имени Мацки на стволах и, хотя изготовлены под данную колодку, могли быть подогнаны другим мастером.

Самое раннее по времени производства ружье Мацки из коллекции музея имеет номер 233 и сделано около 1893 г. Это двуствольное бескурковое ружье 12-го калибра со стальными стволами производства Льежской мануфактуры из стали "Коккериль". Длина стволов 71 см, правый ствол - цилиндр, левый - чок. Замки на боковых досках, ложноподкладные, льежского типа. Замки, колодка и прибор отделаны в английском стиле. Ложа, полированного ореха, прямая, приклад без щеки с характерным для Мацки затыльником - в виде узкой окантовки. Ружье отличает удивительная элегантность и изящество. Общая длина 114 см, вес 3,6 кг.

Пятое ружье из коллекции Исторического музея особо интересно и редко. Оно представляет собой двуствольное бескурковое ружье 24-го калибра конструкции Ивашенцова с нижним ключом. Стволы из стали "Коккериль", длиной 71,3 см, оба с чоками. Замки, колодка и прибор украшены английской гравировкой мелкими завитками и цветочками. Ложа прекрасного ореха, прямая, приклад без щеки. Ружье имеет номер 322 и сделано около 1897 г. Общая длина 114 см, вес 3,6 кг.

Наш рассказ о петербургских мастерах не закончен, если мы не вспомним о двух продолжателях дела Мацки - К П. Маслове и И. Л. Алешкине. Константин Петрович Маслов родился в 1871 г. С 1894 г. он работал сначала учеником, а позднее подмастерьем у Мацки, после смерти которого в 1906 г. стал его преемником. В журнале "Наша охота" за 1910 г. К. П. Маслов пишет, что изготовляет охотничьи ружья только высшего класса и, кроме того, производит починку и продажу готовых ружей. Такая практика была необходима для мастера-штучника, поскольку ручная работа при огромных затратах труда не могла быть экономически выгодной. После Октябрьской революции, в 20-х годах, Маслов продолжал работать в том же помещении на Кабинетской, 12. Ружья Маслова пользовались и продолжают пользоваться у охотников большой популярностью. Всего за свою жизнь он вручную изготовил свыше 450 ружей. В Историческом музее хранится только одно ружье его работы. Оно представляет собой классический тип охотничьего бескуркового ружья 20-го калибра. Стволы короткие (63,5 см), цилиндрической сверловки, сделаны из бельгийской стали "Польди-Антинорро". Замки на боковых досках, подкладные, украшены английской гравировкой. Ложа художественного ореха, прямая, приклад без щеки. Общая длина 105 см, вес 3,15 кг. Номер ружья 387 и, судя по надписи "К. Маслов в Петрограде", выполненной в старой орфографии, сделано между 1914 и 1918 гг.

Еще один знаменитый оружейник - Иван Леонтьевич Алешкин, которого Энциклопедический словарь Брокгауза и Эфрона ставит в один ряд с Мацкой, Леженом и Лардере, начал свою деятельность между 1887 и 1891 гг. Первоначально его мастерская размещалась на набережной Мойки в д. 38, в 1905-1907 гг. - на Екатерининском канале в д. 40, а с 1909 г. - на Гороховой улице, 25. И. Алешкин был поставщиком Императорского военного общества охоты и занимался как выпуском штучных ружей, так и продажей готовых изделий. Мастер собирал и отлаживал свои ружья из частей, покупаемых за границей. В Историческом музее имеется ружье его работы 20-го калибра, выполненное с большим вкусом и тщательностью. Стволы из стали "Польди-Антинорро", длиной 71 см, с небольшими дульными сужениями. Замки на боковых досках, подкладные. Ложа из очень красивого ореха, приклад с небольшой щечкой. Метал лического затыльника не имеется, мушка костяная. Ружье украшено тонкой английской гравировкой. За спусковой скобой роговой фигурный завиток, характерный для австрийских и чешских мастеров. Общая длина 111,5 см, вес 3,3 кг.

В этом очерке мы не могли рассказать обо всех мастерах, живших и работавших в Петербурге, общее число которых в XIX в. превышало 40 человек. Часть из них работала при полковых мастерских или в арсенале, большинство делало простое дешевое оружие, многие занимались только ремонтом и переделкой. Было несколько крупных торговцев, как, например, Эдуард Вениг, имевший "Центральное депо оружия" в конце XIX в. и при нем оружейную мастерскую. Отдельные мастера изготовляли высококачественное оружие в единичных экземплярах и экспонировали его на всероссийских выставках. Некоторые предметы сохранились в московских, ленинградских и других музеях.

Исследователям еще предстоит много поработать, чтобы восстановить достоверно и во всех деталях картину производства охотничьего оружия в России.

Ю. Шокарев

"Охотничьи просторы № 42 - 1985 г."


главная новости база охотнику оружие газета "РОГ" фото каталог собаководство рыбалка


k®k 2002-2012 Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100